Krasnov

Автор: Ольга Кабанова

Статья: БОРИС КРАСНОВ, ХУДОЖНИК: "МЮЗИКЛ - ЭТО СТОПРОЦЕНТНОЕ СЧАСТЬЕ"

Сайт: "Известия"

Фото: "Известия"



- Вы по образованию театральный художник...

- Самые эрудированные художники - это те, кто работает в театре и иллюстраторы, а не скульпторы и живописцы. Потому что они сначала что-то прочитывают. Фабула жизни им понятна.

- Но ведь литературность художнику отчасти и мешает...

- Почему мешает? Это конкретика, она волнует. Петр Первый со своим сыном или там Иван Грозный.

- Но я не о Петре Первом. Я о шоу хочу спросить. Западные шоу держатся на технологиях, а у вас - разрисованные задники.

- Задники лучше запоминаются, поэтому вам так кажется. Но мы как раз делаем стейдж-дизайн. Это моя сильная сторона. Мы делаем много интерьеров ресторанов, клубов, но в этом деле есть и посильнее нас.

- А вы следите за художественными тенденциями? Вот у вас в приемной много книг стоит по современной архитектуре, дизайну.

- Сергей Параджанов очень хорошо сказал. Мы тогда молодые были, все нам чего-то хотелось узнать. А он ходил в рваных брюках - дырки прищепками закалывал, гостей принимал и фонтанировал идеями. Вот я и спросил, а когда вы читаете. Так он ответил, что надо читать до 28 лет, потом бесполезно. Он прав. Я когда работаю, ничего не смотрю. Существует два подхода у театральных художников, мой киевский учитель Даниил Лидер говорил, что надо сначала родить образ, а потом под него подбирать фактуру, детали, необходимый исторический материал. А когда я приехал в Москву и стал работать в Ленкоме, то там Олег Шейнцис делал наоборот, считал, что изучение культуры, эпохи помогает создать образ. Но я, как Лидер, делаю.

- И как у вас рождается образ для поп-звезд? Ведь это очень консервативная публика. У них есть один модельер - Юдашкин, и один художник сцены - Краснов.

- Какие образы! В большинстве своем артисты слабые, неинтересные люди, не ньюсмейкеры...

- Как не ньюсмейкеры? А Пугачева?

- Ну я о Пугачевой не говорю, у нее интуиция доведена до совершенства, она знает, что надо народу. Но и она ведь, как все, гастролирует, выступает на каких-то маленьких сценах, в клубах, где три лампочки еле работают, где дрыгающиеся колонки. А потом раз в год делает "Рождественские встречи" - праздник. Чтобы человек пришел и восхитился, чтобы купил диск, чтобы запомнил. И Леонтьев такой же. Они хотят удивлять и потому так долго живут.

- Вы Пугачевой предлагаете образ или она его заказывает?

- Ну мы вместе придумываем, но ведь это - Пугачева. А остальные... У меня подход методологически правильный, театральный, а у них - ничего. Носятся по свету, им не до декораций, им нужно деньги зарабатывать, так и становятся "сбитыми летчиками".

- Вот вы оформляете концерты к Дню Победы. Оформление, как мне показалось, - довольно кондовое, советское.

- Почему кондовое? Это идеология. Потом там Кремль, Блаженный там в ракурсе, дорога к храму. Вот отсюда они на фронт ушли, сюда и пришли. А чем этот концерт насыщается по желанию партии и правительства - не мое дело.

- Мне очень понравилась ваша старая работа на Красной площади - оформление циркового фестиваля. Вы там таких дворцов настроили и кремлевские стены вам подыграли.

- А после этого был сумасшедший проект в Греции. Чемпионат мира по легкой атлетике мы им сделали, после чего они получили Олимпиаду 2004 года. Это был прецедент - мы грекам делали греческое, а не ставили на стадионе "Хованщину". Это вам не русский стенд на выставке. Мы у немцев тендер выиграли. А сейчас мы выиграли тендер на церемонии открытия и закрытия 15-х азиатских олимпийский игр в 2006 году в Катаре, там были французы, бельгийцы, австралийцы, а выиграли мы. Мы их всех убрали в одну калитку.

- Здорово. С большим пространством работать интересно.

- А с артистами не интересно, им важно, на какой машине они ездят, а на какую сцену они выйдут - не важно. Ведь почему сейчас такой интерес к мюзиклам? За счет колоссального падения эстрады. До дна. Новые люди не появляются. Нет голосов, нет личностей, нет музыки, нет мелодистов. Нет внимания к тексту, к фабуле, смыслу. А мюзикл дает зрелище, хорошую живую музыку, хорошие голоса, сюжет. Зрители получают и эстрадную пилюлю, и театральную. У нас ведь драма - лучшая в мире, там и должно быть - отравление, удушение, предательство. А в мюзикле - сто процентов счастья. У меня - актер, танцор и певец в одном лице. У меня 19 смен декораций! В мюзикле нет условности. Сказал: гримерка, значит, должна быть гримерка. Мюзикл - не Таганка. Все настоящее - это одно из условий жанра. Вот Боровский гениально в "Пристегните ремни" придумал, когда там три сидения - вж-ж-жик. Но этого в мюзикле быть не может. Вот слушайте! Вот музыка!

- Выключите, пожалуйста, я вас не слышу!

- Вот лестница в финале выезжает, светящаяся. У меня работают настоящие американские звезды и половина кордебалета оттуда. Нет, вы слушайте!

- А почему вы тогда не импортируете декорации, а делаете их сами?

- А как перевезти столько декораций? Так я им полгода доказывал, что я могу сделать декорации не хуже, чем на Бродвее. Все длится будет два с половиной часа. Два с половиной часа счастья. Тут же костюмы. 500 костюмов! Я хочу показать людям настоящий бродвейский мюзикл со всеми делами. Москва становится столицей мира - вы можете пойти в цирк, в Большой театр и на мюзикл. Вот вы послушайте, это примадонна... А вот сейчас она уходит. Здорово! Вот финал... вы думаете кончается, а он - опять. Тут вой стоит в зале! Счастье? Счастье! Тут каждый зритель находит свою фишечку: кто-то - хоровое пение, кто-то - акробатику бешеную. Чем музычный драматычный театр в Житомире отличается от музычного драматычного мюзикла у нас? Ничем! Все то же: спела, сказала, спел, сказал, потом другие станцевали. Это свой жанр, очень хороший, но не мюзикл. А у нас видно мастерство человека - он танцует, он же поет, он же актер. Американцам не надо показывать, как делать, только - что делать. Профессионализм у них потрясающий. Правда, поют по-английски, но мы сделали перевод.