Kovelenov Yuriy

Автор: Елена Ильина

Сайт: Аргументы И Факты

Статья: Жизнь в России — это страховой случай



Нынешние телеведущие не понимают, о чем говорят

— Юрий Петрович, режет слух современный телеязык?

— У меня такое ощущение, что ведущие не понимают того, о чем говорят. Текст произносится в бешеном темпе, нет техники дыхания. Я уж не говорю об ошибках в ударении: вместо «оптовый» произносят «оптовый» (с ударением на первую букву), «гала-концерт» обязательно объявят с ударением на первую «а», исказив очень красивое, торжественное французское слово.

— Расставаться с любимой профессией трудно было?

— Конечно, непросто, я еще несколько лет просыпался утром с ощущением, что опаздываю на работу. Но у меня ведь сибирская закалка. Вы знаете, где я родился? В Ненецком автономном округе, в городе Ханты- Мансийск.

— Неужели в семье оленевода?

— Да нет, в семье офицера, но тоже постоянно кочевали по Сибири, пока не осели в Омске. А семья у нас была большая: пятеро детей, старший — перед вами. Маме я нелегко достался: мальчик удался весом в 5 килограммов 400 граммов. Сейчас ей уже 85 лет, и дай бог еще здоровья. А отец умер, когда мне было 14. Жили трудно, я подрабатывал по ночам в магазине, копал траншеи, искал с геологами нефть. После школы поступил в автомобильно-дорожный техникум. Там начал заниматься в художественной самодеятельности, потом попал в радиотеатр, меня заметили и пригласили работать диктором Омского радио. Я сразу же согласился, даже не спросив, какая у меня будет зарплата. Весь вечер сидел у печки и репетировал: «Говорит Омск, говорит Омск». Начал работать и как-то быстро вообразил, что я уже специалист высокого класса. За что был немедленно наказан. Однажды в понедельник я должен был прочитать материал на медицинскую тему. Утром пришел, взял папку, сел в студию и начал передачу. И, прочтя три строчки, наткнулся на название гормона, о котором шла речь в материале «адренокортикотропный». На этом слове я забуксовал, а оно встречалось в тексте еще 4 или 5 раз. Еле выговорил, весь вспотел, пока дочитал до конца, в ужасе вылетел из студии и увидел, что мои коллеги-дикторы просто лежат от смеха. Так я на всю жизнь запомнил, что к эфиру надо серьезно готовиться.

Вел новости в свободное от службы время

— А как вы оказались на Центральном телевидении?

— Вмешалась судьба, я в нее верю. Однажды армейская самодеятельность (я служил в армии в 62–64-м гг., дослужился до лейтенанта, и мне даже светила военная карьера) выступала на слете пионервожатых. Я вел концерт, после которого были танцы. И меня пригласила на танец одна милая женщина, которая сказала: «У вас красивый голос, может быть, попробуете поработать диктором Ярославского телевидения, а с вашим начальством мы договоримся». После этого меня вызвали в штаб и сказали, что я — провокатор и ни в какие поездки больше ездить не буду. Но потом все-таки смилостивились и разрешили мне вести новости на телевидении в свободное от службы время.

А потом был Всесоюзный конкурс на Центральное телевидение (я к тому времени был уже женат). Из профессиональных дикторов взяли только меня. Правда, пришлось скрывать, что мы ждем ребенка, чтобы не испугать своими проблемами начальство. Нам удалось поменять хорошую ярославскую квартиру на крошечную 13-метровую комнату в Москве, где и родилась моя дочь Марина. Сейчас она живет в Италии, у нее собственная балетная школа и двое очаровательных детей, моих внуков. Одного из них зовут Микеланджело в честь итальянского дедушки, а другого — Юрочка.

— Тяжело, наверное, пришлось на Центральном телевидении, особенно на первых порах, после провинции?

— Очень тяжело было, когда приходилось читать тексты практически с ленты ТАСС. В 19 часов, например, заканчивалось заседание Политбюро, к 20 часам мы получали телетайпные ленты. В тексты вносилось множество редакторских правок, сделанных от руки, и разобраться в них, когда до эфира остаются минуты, было очень трудно. Однажды один мой коллега вместо «Болгарская коммунистическая партия» сказал: «Коммунистическая партия Болгарии». В принципе какая разница? Но в «Останкино» позвонил посол Болгарии в СССР: «У нас в стране партии с таким названием нет». И диктора на несколько месяцев отстранили от эфира.

— Опасная работа.

— Да, но мы все были молодыми и сильными. Иногда соревновались, кто быстрее выучит текст. Я запоминал страницу за семь минут. Мог на спор прочитать текст вверх ногами. Но это было то самое время на телевидении, когда «шаг вправо, шаг влево — побег». И все же мы умудрялись посылать приветы с экрана. Как-то, улетая утром с Дальнего Востока, я сказал друзьям: «Смотрите четырехчасовой выпуск. Когда я буду читать погоду, то поставлю руку поперек листа, и по этому жесту вы поймете: в этот момент я думаю о вас».

В женщине главное — понимание

— У вас, вероятно, было очень много поклонниц. Не говорили, что вы слишком красивый мужчина для такой серьезной программы? Сейчас бы обязательно записали вас в секс-символы.

— Поклонниц действительно было много, письма писали с объяснениями в любви. Кстати, именно внешние данные позволили мне стать ведущим концертов. На одном из них я встретил свою вторую жену, и она тоже «звалась Татьяна». Голубоглазая красавица с вьющимися волосами из ансамбля «Березка». Как-то в шутку сказал ей: «Я на вас женюсь». Она очень удивилась: «Вы что, смеетесь? Я замужем!» Сейчас она вместе с моим 16-летним сыном Димой живет в Греции.

— Получается, имя Татьяна для вас — роковое?

— Не только имя, обе мои жены родились в год Петуха (с разницей в 12 лет), обе Близнецы по знаку зодиака.

— А вы кто?

— Я — Кот, как вы понимаете, зверь очень опасный для пернатых.

— А почему распались ваши браки, банальная ревность?

— Конечно, ревность была, причем и с той, и с другой стороны. Но знаете, что мне необходимо в женщине, в жене? По-ни-ма-ни-е.

— А чем вы сейчас занимаетесь?

— Несмотря на то, что мне уже 64 года, окончил экономические курсы. Работаю посредником фирм, занимающихся лесоматериалами, кроме того, я — консультант по накопительно-страховым программам компании «Элидес». Даже придумал такой афоризм: «Жизнь в России — это страховой случай»…

— Юрий Петрович, если разделить вашу жизнь на отрезки, скажем, по 10 лет, какое десятилетие было самым счастливым?

— Только не надо ничего делить. Я и сейчас счастлив. Каждое утро просыпаюсь с мыслью, что надо жить так, чтобы не доставлять неудобств своим детям, не беспокоить их жалобами на плохое самочувствие. Лучше я расскажу им, что перечитываю Чехова, путевые заметки о его путешествии на Сахалин. Сейчас мы с Антоном Павловичем в Тюмени. Присоединяйтесь!