Карцев

Автор: Беседовал Лев Алейник

Статья: Наладчик на швейной фабрике по фамилии Кац

Сайт: Алеф (www.alefpress.com)



- С каких пор у вас звучит еврейская тема?

- Всю жизнь. Во-первых, потому, что это же главная тема Одессы! А во-вторых, это тема Михаила Жванецкого, постоянного моего автора вот уже 40 лет. Его тексты пронизаны этой темой: южный юмор, одесская свадьба на 170 человек. Монологи в спектаклях - об учителе Друкере, "Юзик, Юзик!", и многое еще. И у меня Шолом-Алейхем в спектакле "Шут гороховый", я играл там две вещи писателя... Тема звучит и до сих пор. Потому что это я умею хорошо делать?

- Истинная правда! Вы немало разъезжаете, и разъехавшиеся по миру соотечественники "на ура" принимают "антикварные" аспекты этой темы. А как с нынешним ее продолжением?

- Оно, в принципе, должно было быть, но... Мы столько лет работали с Витей Ильченко. Он тему эту чувствовал превосходно, хотя и русский человек. Интеллигент, хорошо знал немецкий. Вот мы с ним готовили программу на идише - Вите с его немецким делать это было полегче. Готовили и на английском тоже и собирались уже играть. Но, к сожалению, Витя заболел. Это было десять лет назад. Столько лет его уже нет...

Но еврейская тема у меня все время звучит. Напомню: у меня три моноспектакля все-таки на эту тему! Первый, "Шут гороховый" - там Шолом-Алейхем и Жванецкий. Потом "Моя Одесса" - сплошь та самая тема. Есть она и в третьем спектакле "Престарелый сорванец". И сейчас делаю спектакль по текстам Семе-

на Альтова, где она тоже будет. Она - в интонациях, образах...

- Наверное, эта тема вам близка с детства? Хотя все близкое к традиции предков в советские годы давили... Дома придерживались национальных традиций?

- Они у нас у всех были в детстве. Та же Ханука - самый веселый праздник: мы по родственникам ходили - деньги собирали. Конечно, все еврейское было в те годы придавлено, задушено... Всегда говорю и написал в недавно вышедшей книге "Малой, Сухой и Писатель. Записки престарелого сорванца": моя мама была еврейка-коммунист, а папа еврей-футболист. Папа из такой настоящей "молдаванской" семьи - родился на Молдаванке. А мама - из интеллигентной семьи: мой дед, ее отец, был кантор Одесской синагоги. Кстати, и мама хорошо пела.

- В семье знали иврит?

- Да тогда иврит вообще и не слыхивали! Зато дома у нас все говорили на идише. Детский мой идиш я не сохранил, хотя кое-что помню, понимаю отдельные слова. Родители же когда хотели что-то скрыть от меня, переходили на идиш, я его вот так и выучил... Когда еще они были молодыми, действовали еврейские школы. Но потом все это исчезло, казалось, навсегда. Дедушек и бабушек я не знал: родился в 39-м, через два года - война, и они все погибли...

- На ваших спектаклях в разных городах, в еврейских культурных центрах не раз видел, как восторженно принимают Романа Карцева. У вас - своя аудитория?

- В принципе, да, такая публика у меня есть. Тем не менее перечислять все города, где мы встречаемся, не стану. Два года назад я выступал "за границей", на Украине - на открытии синагоги в Днепропетровске и на праздновании Хануки в Киеве. И каждый год - на еврейском фестивале, который проводили почему-то в... Оренбурге, как ни странно. Как с этим сейчас - понятия не имею: пару лет там не был. Кстати, в Одессе так ни разу на Хануке я и не выступил! Не знаю, может быть, даже ее там и вовсе не празднуют? Одесса вообще город очень специфический... В минувшем году я в последний день Хануки в Москве был вместе с любавичскими хасидами.

- Свидетельствую: принимали вас все, кто там собрались, восторженно! Для всех было большим сюрпризом ваше появление у микрофона. Вы нередко выступаете в разных странах. А сейчас бываете в Америке на гастролях после ужаса 11 сентября и в Израиле в разгар нынешней интифады?

- Бывал со спектаклями во многих городах Америки, встречался там со многими людьми. Часто выступаю и в Израиле, откуда, кстати, перед Ханукой и вернулся. В нескольких городах Израиля, частности, в Иерусалиме я говорил с израильтянами, которые все эти события последних месяцев переживают, что называется, на собственной шкуре. И все они стоя меня встречали перед концертом, и все стоя провожали со сцены. Говорили же мы о том, что еврея нельзя победить - его можно только уничтожить. Поэтому народ наш такой... очень-очень по-разному настроен.

- От ужасного и грустного, может быть перейдем к теме ваших текстов... Кто для вас пишет?

- В основном, мой друг Семен Альтов. Что же касается Михаила Жванецкого, то я ему дал отдохнуть от себя... Так что мой сегодняшний и уже давний автор - Семен. И спектакль тоже он задумал. Так что пока Жванецкий не присутствует. Ну, и надо понять: мы 40 лет вместе, он, когда меня видит, - вздрагивает...

- А сам Карцев, извините, не пишет ли тексты для себя, раз уж оказался способен книгу написать?

- Нет, не пишу. Я, конечно, импровизирую на сцене, что-то вставляю обязательно. Как же, творческий процесс! Однако основу все-таки дает автор. Но то, что сам написал книгу, это правда. Радует и то, что она действительно хорошо расходится и отзывы на нее благожелательные, добрые. Там об Аркадии Исааковиче Райкине, о Вите Ильченко, Мише Жванецком... Это, знаете, не биографическая книга, а скорее, чисто юмористическая. Там все с юмором: и о том, как я снимался в кино, и как спектакли готовил, и о всяких смешных моментах. Вот такая несколько сумбурная книга. В основном, конечно, она - об Одессе, о Райкине, о нашей работе...

- Наверное, писали ее долго, годы?

- Хе-хе, да нет! Начал десять лет назад, притом и не думая о том, что получится книга... Просто как-то летел на самолете 16 часов и начал писать о Вите Ильченко. Как мы встретились, как все дальше было. Я сидел в бизнес-классе, никого не было, тихо, и вдруг вот накатило - написал. Напечатали это в Одессе, отрывки опубликовали где-то в Израиле, у нас - в журнале Жванецкого "Магазин", Миша похвалил... А потом постепенно это как-то вдруг возникло, какие-то воспоминания об Одессе, Райкине. И я решил записать их - просто так. Может быть, для внуков... Пришел в издательство "Вагриус", показал что-то, и там сказали: ой, очень здорово, давайте пишите! Отрывки печатали в Одессе в журнале "Фонтан" - это заслуга Аркадия Хайта, и тоже были хорошие отзывы. Так что пришлось доделывать. С трудом я ее сложил, потому что пишу коротко - под влиянием Жванецкого фразы такие короткие получаются. Много фотографий вставили - все, что можно было, потому что не могу я длинно писать! Книжка получилась тонкая, в две сотни страниц. И с уймой фотографий. Издали тиражом в 10000 экземпляров - сейчас это считается прилично. И думаю, будут допечатывать - расходится быстро.

- Значит, сейчас народ читает Карцева. А что читает Карцев, если успевает?

- О-о-о, нет, сейчас только тексты учу. Вот, сижу, весь ими обложенный. Возраст уже такой, что надо стараться запоминать спектакль на два сценических часа, все назубок... Хотя некоторые уже и обкатываю на публике в старой программе, потому что это обычно делается. И вот по кусочкам выношу на сцену, ищу шаг за шагом. А потом это все сложится. Режиссер Иосиф Райхельгауз все слепит с музыкой, записями. Действие будет происходить в аэропорту, поэтому - гул самолетов, объявления. Возникает платоническая любовь с женщиной, которая объявляет рейсы. Вот такая штука. Интересно! И пойдет это в театре "Школа современной пьесы". Ну, а когда премьера? Не знаю... Думаю, скорее всего в марте. Нэхай будэ!

- Хватает ли времени сходить на спектакли друзей в театры, на выставки, концерты?

- Иногда. Но, честно говоря, когда занят подготовкой своего спектакля, мало что для меня существует. Успеваю что-то по телевизору посмотреть, меня интересующее. Удается и выбраться на спектакли, но не часто. И потом, я вам признаюсь, немногие сейчас из них хороши. Я просто в курсе, все знаю: кто, где, что - поддерживаю связи. И не хочется идти просто так смотреть кривляния. Я все-таки школы Товстоногова, Акимова, Райкина, человек того класса. И сам играю какие-то классические вещи, считаю, в этом жанре. Меня приглашал сейчас Трушкин в "Театр Чехова" - предлагал играть Соломона в спектакле Артура Миллера "Цена", и то, что играет Анатолий Равикович, - "Ужин с дураком", и "Костюмер", и одну американскую пьесу. Я отказывался и отказываюсь. Потому что надо заниматься своим делом.

- А случалось ли вам принимать участие в концертах, посвященных Пуриму?

- Да, как-то пару лет назад выступал в таком концерте. Тогда я и сам получил огромное удовольствие. Пурим - замечательный веселый праздник в честь спасения моего народа.

- Ну, а как нахес фун киндер - думаю, вы еще не забыли перевод?

- Удовольствие от детей? Ну, что вам сказать... Как у всех: что-то хорошо, что-то похуже. Жена Вика - корень дома, на ней все держится. Дочь Лена закончила мединститут, работает в совместной клинике. Сын Паша много чем занимался - и музыкой, и в кино снимался, и в сюжетах киножурнала "Ералаш". Вот-вот должен выпустить журнал комиксов. Внуки? Ника в 9-м классе. И Лёнчик - ему год и четыре месяца, - чудный тип!

- Замечательная семья. Дай вам Б-г здоровья и всяческих успехов!