Трубицина Лидия

, долгожительница

Автор: Дарья Мартынкина

Сайт: Аргументы И Факты

Статья: Век — как день



Жизнь первая

ДЕВОЧКА Лидочка была пятым ребенком в семье крестьянки и конторщика (по-современному — бухгалтера). Жили они в городе Брянске. Когда Лидии Григорьевне было 7 лет, у нее обнаружили гнойный плеврит. В то время, понятно, никакого наркоза не было — ребенку дали подышать хлороформом и вырезали воспаление с изрядным куском «мяса» в придачу. Врач сказал, что после такой операции можно дожить от силы до 25 лет. Как доктор глубоко ошибался! На следующий день такую же операцию сделали соседскому мальчику Грише, и он умер, не прожив и недели…

Лида поступила в частную гимназию для девочек. Особенно ей запомнился случай, когда она и еще одна гимназистка шли через поле домой, а там мальчишки играли в странную игру. Было очень любопытно, поэтому девочки решили украдкой подсмотреть. «Вот забава! — сказала подруга. — Их так много, и все гоняются за одним мячом!» Так Лидия Григорьевна впервые увидела футбольный матч (подойти и спросить подробности мешали строгие правила этикета). Еще из событий того времени она любит вспоминать, как на близлежащий сухарный завод знакомиться с рабочими приезжал царь Николай II. Лидия Григорьевна не может сказать, что видела его в лицо (ведь в гимназии учили говорить честно!), но профиль царя глубоко врезался в память — высоко поднятый воротник и надвинутая низко шапка… Закончить образование ей не удалось, потому что началась Первая мировая война.

Жизнь вторая

КОНЕЧНО, гимназисткой Лидочка влюблялась в офицеров — бравые парни иногда выходили на балкон дома напротив гимназии, тогда она обсуждала их с подругами: «Вон у того — голова луком, а у этого — ноги крюком!» После 17-го она встречала этих же офицериков в клубе, куда они из гордости приходили в своих погонах. Многим эта бравада стоила жизни… В семье Лидии Григорьевны никого не убили, но вот обыски проводили частенько. Однажды приехали родственники, а тут как раз обыск. Гимназистка Лида показала на приезжих и сказала: «Только осторожнее, вон те у нас тифозные». Обыскивающих дом и след простыл. Тифа тогда все боялись. Особенно страшно было, когда Лидия Григорьевна вынуждена была возвращаться с вещевого склада, где работала писцом, через кладбище. Зимой крышки гробов, в которых лежали умершие от тифа, оставляли открытыми. Считали, что таким образом можно «выморозить» вирус…

Однажды Лидия Григорьевна пошла в клуб и там увидела очень красивого парня («Таких красивых людей сейчас уже и нет», — комментирует она). Общество играло в «слепой выбор». Лидия Григорьевна написала на бумажке: «Приказываю подойти ко мне и представиться». Бумажку вытянул красавец. Через два года они и еще две пары венчались в церкви. Но только им местные служители обещали удачный брак — у второй невесты загорелась от свечи фата, а третью пару венчал уже пьяный поп, поэтому спутал слова. В 1926 г. семья переехала в Туркмению, а в 29-м мужа арестовали «за искажение налоговой политики», и он уже не вернулся…

Жизнь третья

ВТОРОЙ муж Лидии Григорьевны был известным в Советском Союзе человеком — директором каракулевого завода. Он торговал в Москве белым, коричневым, голубым и черным каракулем — сейчас такого нигде и не увидишь. В 37-м году его арестовали. И он тоже не вернулся. Женщина осталась одна с ребенком на руках. Квартиру отобрали, родственники далеко. И здесь буквально на улице она встретила своего старого знакомого — оказалось, он был в нее влюблен уже очень давно. Сразу после свадьбы начались трудовые будни — Лидия Григорьевна и ее муж работали в авиации. Часто встречались не дома, а в командировках — однажды даже пересеклись за тысячу километров от Москвы совершенно случайно…

Каков же рецепт долголетия? Дело здесь даже не в зарядке (хотя Лидия Григорьевна до сих пор делает ее каждое утро). Важнее всего — особый взгляд на окружающий мир. Каждая из жизней Лидию Григорьевну чему-то учила: гимназия дала понятие об аристократизме (Лидия Григорьевна медленно ходит, но тем не менее у нее всегда идеальная осанка), советская эпоха подарила привычку не быть зависимой от вещей (завтра придут и отнимут — так зачем же копить?), а уже дальше пришло умение «доходить до самой сути» и ничего не усложнять. И ради этого стоит прожить век.