Hewlett William

Автор: Евгений Финкель

Сайт: Герои нашего племени

Статья: Улыбка двуглавой акулы



Многие годы посвятил я обучению представителей подрастающего поколения основам естествознания. Думаю, более прочего им должны были запомниться мои лекции, посвящённые жизни и творчеству отцов-основателей научной мысли. Уж кто-то, а мои выпускники, не моргнув глазом, ответствуют строгому экзаменатору, что Бойль и Мариотт - это два средневековых алхимика, живших по разные стороны Ла-Манша, и что Гей-Люссак, в противоположность предыдущей паре, - некий неделимый индивидуум, подданный Наполеона Бонапарта. Не так-то просто это было запомнить. Вечная путаница с этими двойными именами (будь то имя человеческое или неведомо какое).

В океане высоких технологий, в стаях акул современного большого бизнеса, встречаются порой акулы двуглавые. От двуглавости этой и жути погуще, и охотиться веселее. Среди подобных мутантов до недавнего времени наиболее приметен был хищник по прозванию Хьюлетт-Паккард. Теперь уже и зубы не те, и только одна голова уцелела, да и разная мелочь пузатая разрослась до неприличных размеров. Но есть у старика ещё и порох в пороховницах, и кой-какой доходец от затеянного некогда предприятия.

А было так: Жили-поживали два американских мальчика из хороших семей. И обоих отличала от сверстников какая-то особая сосредоточенность при достижении избранной цели. Оба любили охотиться на жуков и бабочек, обожали рыбалку, ковырялись с железками и проводками. Оба верховодили дворовыми спортивными командами. Вот только Длинный Дэйв всем играм на свете предпочитал баскетбол, а Шустрый Вилли с упоением носился по бейсбольному полю. Но слово "радио", в двадцатые годы бывшее на слуху у всех, казалось волшебным обоим.

Да, именно так всё это и начиналось: У побережья Тихого Океана, за сотни километров друг от друга, два американских мальчика из железок и проводков мастерили говорящие ящики. Оба отпраздновали своё вступление в тинейджерский возраст первыми удачами на этом фронте. За что оба получили к новому учебному году, в подарок от родителей, по подобию радиоконструктора. Дэйв деловито отправился с подарком к "господину-учителю-физики", тот организовал радиокружок и назначил шестиклассника Д.Паккарда главным. Дэйв был прирождённым администратором. Уже тогда, для участников кружка он ввёл систему поощрений и наказаний, которая заставила господина учителя всерьёз задуматься о собственной профпригодности. Вилли ковырялся дома, он мечтал соорудить прибор от всех болезней для любимого папочки, профессора Хьюлетта. В Вилли всегда жила некая сверхидея: изобрести что-то самое-самое, дабы прославиться на века. То ли страсть к экспериментам, то ли упование на славу толкнули однажды Вилли на весьма неприглядное деяние: он стырил ручку от двери директора школы. Надеюсь, мой читатель сразу раскусит замысел сорванца. Не знаю по какой причине, но в двадцатом столетии на всех континентах дети набивали именно полые изнутри металлические дверные ручки всякой дрянью (сера, селитра, марганцево-кислый калий etc.) с целью "бабахнуть". Бомба Вилли не бабахнула, зато это был один из первых проектов радиоуправляемого взрывного устройства.

Очевидно, что у обоих мальчуганов были реальные шансы "выйти в люди". Необходимой вехой на этом пути для каждого калифорнийца было поступление в Стэнфордский университет. Мальчики поступили на один и тот же курс, посему не столкнуться нос к носу уже просто не могли. И они столкнулись. Местом встречи, как ни странно, была не студенческая пирушка, не спортивная площадка, и вряд ли их могла увлечь перспектива совместного похода за пивом. Они оказались сидящими рядом в полупустой аудитории на лекции по радиоэлектронике (нормальные студенты предпочитали проводить осень на пляжах). Летали ленивые мухи. Молодой лектор, пытаясь скрыть досаду, рисовал что-то мелом на доске, повернувшись спиной к мирно дремлющей аудитории. Звали лектора по-всякому, друзья его звали Фредиком, студенты Терминатором Фрэдом, коллеги обращались к нему уважительно "господин Фредерик Терман". Ныне граждане свободной Америки называют этого персонажа "отцом Силиконовой Долины", и есть за что.

Итак, неизлечимая страсть к радиомонтажу сблизила студентов Вилли Хьюлетта, Дэвида Паккарда и преподавателя Фрэда Термана. Дети впитывали теоретические основы и поражали дядю плодами трудов своих. По здравому размышлению Фрэд сообразил, что "с этими мальцами можно сварить кашу". Однако убедить юных коллег в необходимости открытия собственного коммерческого предприятия удалось не сразу. В середине тридцатых пути Вилли и Дэвида разошлись. Получив по диплому от Стэнфордского университета, первый бросился получать корочку от ещё более престижного Массачусетского Технологического университета (благо папа не бедствовал), а второй вынужден был отправиться на восток и устроиться инженером в нью-йоркском отделении "Дженерал Электрик". Была Великая Депрессия, народ Америки голодал как никогда.

Пару лет спустя наша троица снова встретилась в стенах Стэнфорда. Альма-матер, в лице вездесущего Фрэда, приняла оперившихся птенцов с распростёртыми объятиями. И снова начались бесконечные разговоры об открытии собственного бизнеса. Денег не было совсем. И Вилли, и Дэвид зарабатывали по сто с небольшим долларов в месяц. Плюс Дэйва припёрло жениться, что он незамедлительно и сделал. Родители его избранницы Люсиль сняли для молодожёнов меблированный полусарай в Пало Альто. Главным украшением семейного гнёздышка был старый раздолбанный "студебеккер", ржавеющий в гараже на заднем дворе. В этот самый гараж друзья и перетащили милый сердцам радиолюбителей хлам из лаборатории Термана. Профессор Фредерик Терман вяло сопротивлялся грабителям. Многие годы в солёном воздухе западного побережья кисли слухи о том, что якобы Фрэд финансировал HP в первые годы существования. Недавно эти ничем не обоснованные домыслы были убедительно опровергнуты его биографами. Не было тогда у профессора никаких денег, а лишних денег у него не было никогда. Мальчики гуляли на свои. Сумма изначального капитала компании Hewlett-Packard фигурирует во всех бизнес-справочниках мира, в некотором роде она была рекордной. 538 американских долларов. Всё, что удалось накопить за годы самостоятельной жизни, и откусить от свадебного пирога Люси и Дэйва.

В гараже в Пало Альто закипела работа. Позже Паккард вспоминал: "Нас не привлекала идея заработка любыми путями. Мы рассуждали так, если у тебя нет заказов, работай на себя. Первые несколько лет мы зарабатывали что-то около 25 центов в час". Тем не менее приходилось трудиться ради хлеба насущного, посему в гараже почти не велись научные изыскания, тут клепали изделия на продажу. Их сарай скорее напоминал электроремонтные мастерские, чем экспериментальную лабораторию. "Бизнес шёл неплохо, если в гараже не торчал этот чёртов студебеккер", - это уже из мемуаров Хьюлетта. Но никакая рутинная работа не в состоянии лишить молодого инженера способности наблюдать, сопоставлять и делать выводы. Ещё в лабораториях Стэнфорда зоркий юноша Вилли заметил некую нелинейность зависимости между нагревом и сопротивлением крохотной лампочки. Через девять месяцев последовавших вслед за этим раздумий, экспериментов и коллегиальных трудов на свет появился принципиально новый тоновый генератор. Он выгодно отличался от существующих в то время на рынке аналогов своей незначительной себестоимостью, небольшими размерами и потрясающими характеристиками. Родители назвали своего первенца HP 200A. Поиском рынка сбыта нового продукта занялся вездесущий Фрэд Терман. Штука стоила недорого, каких-то несколько тысяч долларов. Но в то время позволить себе подобные траты могли только Пентагон или воротилы шоу-бизнеса. Так уж случилось, что параллельно с описываемыми событиями студия Уолта Диснея билась над созданием фильма "Фантазия", ставшего позже классическим образцом удачного синтеза звука и изображения. Диснею позарез нужны были компактные станции для отладки оригинальной системы звуковых эффектов. Предложение Термана пришлось впору, и студия закупила сразу восемь (!) тоновых генераторов. Так началась история империи HP.

Вторая Мировая Война лишь усилила позиции бизнесменов, хотя и оторвала Хьюлетта от управления компанией на несколько лет. Все эти годы производством безраздельно управлял Паккард. Было построено несколько заводов в различных штатах Америки. Тогда и появился особый термин "HP-way" (если угодно, "дао Дэйва"). На работу принимались все, кто мог принести компании реальную пользу. Отбор был тщательным, но принятый на работу знал, что его обеспечат всем необходимым для жизни: деньгами, жильём, "бронёй" от армии. Работники HP ковали победу американского оружия с паяльниками в руках и блаженными сытыми улыбками на устах. Ощущение собственной значимости усиливалось активно прививаемым демократическим стилем общения. В те годы Дэвид в категорической форме отказался от соблазнительного предложения правительства США стать государственной компанией и предпочёл сомнительный путь частного акционерного предприятия. Впрочем, сей факт не сократил число правительственных заказов. Тем временем офицер Центрального Штаба Армии Обороны США, Уильям Хьюлетт доказывал окружающим, что не зря в голоштанном детстве изобретал радиоуправляемые бомбы. Он не ходил в атаки, не дрожал в окопах, он работал головой (просто наглядное пособие для детей, не желающих хорошо учиться!). После поражения Японии Вилли был назначен руководителем одной из разведывательных групп, осуществлявших научно-промышленный шпионаж на островах Хонсю и Хоккайдо. Он никогда не отрицал того факта, что ему удалось изрядно поживиться на развалинах японских чудес индустриализации. Возможно тогда же он проникся особым пиететом по отношению к дальневосточным цивилизациям, и до сего дня господин Хьюлетт настаивает на необходимости более тесного сотрудничества индустрий Востока и Запада.

То ли благодаря военным трофеям Вилли, то ли вследствие организаторских талантов Дэйва, но в конце сороковых дела HP резко пошли в гору. О "сладкой парочке" стали поговаривать с откровенной завистью. Тарапунька и Штепсель загнивающего Запада на редкость хорошо смотрелись. Длинный Дэйв именовал себя "президентом", Шустрый Вилли довольствовался приставкой "вице". Но это никак не влияло на их взаимоотношения. Теперь уже оба были семейными, благодушными, преуспевающими капиталистами. В шестидесятые годы Дэйв сходил на правительственную службу, поддержав финансами и идеями кабинет Никсона. Само собой президентом HP на это время оставался Вилли. Именно в годы его единоличного правления Hewlett-Packard стала маркой интернациональной. Электроника всё глубже проникала в нашу жизнь. Всё больше денег граждан Европы, Азии и Америки оседало на счетах компании. Но настоящий бум начался с появлением на рынке серийной вычислительной техники. HP первыми создают программируемые калькуляторы для научных и финансовых расчётов. Позже они становятся лидерами в производстве периферийных устройств для компьютерной техники. Принтеры HP - самые покупаемые в мире. Бурный денежный поток не иссякает. Но тема данного повествования скорее "Два капитана", чем "Остров сокровищ".