Ruchkov Petr

Автор: Елена Шутикова

Сайт: Журнал "Два века"

Статья: Петр Иванович Рычков - "устроитель" Оренбургского края



Петр Иванович Рычков - "устроитель" Оренбургского края

XVIII век стал для нашей страны временем "закрепления окраин". Одним из моментов, оказавших значительное влияние на дальнейшую историю России в этом процессе явилось освоение и "закрепление" Оренбургского края. Именно с целью скорейшего вхождения края в состав Российской империи была создана Оренбургская экспедиция, "для XVIII в. отправной и самый яркий по своему драматизму эпизод расширения пределов Российского государства и продвижения его населения в юго-восточном направлении"(1). Усилиями, главным образом, основателя и первого начальника Оренбургской экспедиции И.К. Кирилова, его преемников на этом посту В.Н.Татищева, В.А.Урусова, первого оренбургского губернатора И.И.Неплюева "дикий и непокорный" до этого край был приведен "под власть скипетра Российского". Но этот перечень "устроителей и радетелей края Оренбургского" не был бы полным без заслуженного упоминания еще одной, несомненно, выдающейся для своего времени личности - Петра Ивановича Рычкова (1712-1777 гг.).

Сын почти разорившегося из-за ряда неудачных сделок вологодского купца, П.И.Рычков, по направленному в Сенат представлению И.К.Кирилова, был определен за свои "изрядные познания" в бухгалтерском деле и немецком языке бухгалтером тогда только создававшейся Оренбургской экспедиции(2). Прибыв вместе с экспедицией в край, Рычков находился в нем уже постоянно до самой смерти, т.е. прожил здесь около 43 лет, лишь наездами бывая в Санкт-Петербурге и Москве(3).

С самого начала своей деятельности в составе Оренбургской экспедиции способный и энергичный юноша привлек к себе внимание начальства, оказавшись чрезвычайно полезным и нужным: "Они (руководство экспедиции - авт.), по тогдашним Башкирским безпокойствам, о том, как бы счетные книги по регуле булгалтерской установить, почти и думать уже перестали; но усмотря, что я в таких строгих случаях к управлению канцелярских других был способнее, все канцелярское правление на меня одного положили"(4). В дальнейшем начинается стремительный карьерный рост П.И.Рычкова, характеризующийся возраставшей сложностью поручаемых ему задач и расширением сферы его деятельности в Оренбургском крае. С 1743 г. он получил официальное назначение заниматься "секретными и заграничными делами" в администрации края. С 1752 по 1759 гг. Рычков занимал высокую должность товарища при губернаторе, а затем после примерно 11-летнего перерыва, вызванного ухудшившимся состоянием здоровья и дел "домашней экономии", вновь вернулся на службу в качестве правителя Главного Оренбургского соляных дел правления(5). Почти одновременно с этим, в 1775 г. главнокомандующий в Оренбургской, Казанской и Нижегородской губерниях, граф П.И.Панин в соответствии с указом Сената определил Рычкова "сверх порученного... соляных дел правления... в учрежденную от него при Оренбургской губернии иноверческую и пограничную экспедицию сочленом губернаторским"(6). Наконец, в марте 1777 г., незадолго до своей смерти, Рычков был назначен главным командиром Екатеринбургского заводского правления.

Таким образом, Петр Иванович Рычков на протяжении долгого времени (больше 30 лет) находился у организации управления Оренбургским краем, действуя на первых порах, как талантливый исполнитель, "под началом" И.К.Кирилова и В.Н.Татищева, а затем проявив себя и как не менее талантливый руководитель, чьи заслуги были признаны и отмечены самодержавной властью. Однако, в силу сложившихся обстоятельств, современным читателям он известен, прежде всего, как ученый, исследователь истории, этнографии, экономики Оренбургского края, как автор прославивших его "Истории Оренбургской" и "Топографии Оренбургской губернии", как активный участник Вольного Экономического Общества и первый член-корреспондент Академии Наук. Вместе с этим мы помним его еще и только как помощника, "сотоварища" других выдающихся деятелей, как успешного и расторопного исполнителя чужой воли, что, несомненно, умаляет значимость его собственных заслуг. Такое отношение и оценка П.И.Рычкова были вольно или невольно заложены еще одним из самых первых серьезных исследователей его деятельности, П.П.Пекарским: "...он (Рычков - авт.) служил в Оренбургском крае в те времена, когда в нем совершались в высшей степени любопытные для историка изменения в отношениях тамошних инородцев к русским и притом при таких замечательных правителях, каковыми были Кирилов, Татищев и Неплюев"(7). В современной историографии, посвященной П.И.Рычкову, делаются попытки исправить этот недостаток(8). Тем не менее, самостоятельная деятельность Рычкова, мероприятия, проводившиеся по его инициативе и под его контролем для скорого освоения и "закрепления" Оренбургского края, по-прежнему остаются недостаточно исследованными. Настоящая статья посвящена деятельности П.И.Рычкова как главы Оренбургского соляных дел правления, кроме того, в ней уделяется внимание ряду наиболее существенных предложений относительно политики центральной администрации по отношению к проживающим в крае "иноверцам", сделанных П.И.Рычковым в качестве губернаторского "сотоварища" в Иноверческой и пограничной экспедиции. Нами сознательно выбран именно этот период, 1770-1777 гг., т.е. время наибольшей независимости Рычкова в своих действиях, время осуществления им наиболее значительных мероприятий, способствовавших дальнейшему экономическому развитию и процветанию Оренбургского края.

В самом конце 1769 г., Петр Иванович Рычков, по его собственным воспоминаниям, "вступил в приготовление соляных учреждений". Главной задачей нового правителя было определено "отправление Илецкой соли внутрь Империи перед прежними годами в наибольшем количестве"(9).

Интересы государства требовали для получения максимально высокого дохода постоянного увеличения вывоза соли за пределы Оренбургского края. Только бесперебойный, непрерывный ход соляной операции на всех ее этапах мог обеспечить значительный приток денежных средств в казну. Малейшие сбои и сложности, связанные с организацией добычи или поставки соли, влекли за собой огромные убытки, "урон казенному интересу". Однако если с добычей соли на месторождении администрация края еще справлялась, то поставки ее всегда проходили со значительными затруднениями: нехваткой рабочих рук, вызванной малой численностью жителей края, их нежеланием "ставить" соль в отдаленные "жительства" края. Парадокс ситуации заключался в том, что наиболее доходным являлся вывоз соли в "волжские города", - Нижний Новгород, Кострому, Ярославль, - но именно его осуществление проходило сложнее всего. Для улучшения создавшегося положения руководство тогда еще Оренбургского соляного комиссарства заключило в 1766 г. подряд с бывшим симбирским купцом, коллежским советником С. Тетюшевым, одним из условий которого являлась постройка соляной пристани на р. Белой для ежегодного отправления в Нижний Новгород "по миллиону пудов илецкой соли"(10). Условия договора выполнены не были: построенная подрядчиком пристань не оправдала возлагавшихся на нее ожиданий. Таким образом, требуемая центральными властями организация постоянных соляных поставок за пределы Оренбургского края осуществлялась нерегулярно, от случая к случаю(11).

Разобраться с создавшейся ситуацией, найти возможность каким-то образом исправить ее должен был новый глава Оренбургского соляных дел правления, Петр Иванович Рычков. Сразу после вступления в должность, Рычков отправился в поездку по краю, "для избрания пристани и способнейших мест". Зима 1769-1770 г. прошла в постоянных разъездах(12). Кропотливый труд и прилагаемые усилия оказали самое положительное влияние: уже в феврале 1770 г. вновь начала действовать до этого заброшенная Бугульчанская пристань, "...дабы ею соляные поставки от верховья Белой реки до города Нижняго умножены были..."(13). С лета 1770 г. началось отправление соли с еще одной пристани, также находившейся на р. Белой, с Уфимской(14). На р. Каме велось строительство соляной пристани и "соляных магазейнов" в "экономическом селе Бетки" (или Бежки), местонахождение которых было определено П.И.Рычковым в январе 1770 г.(15). Несмотря на большую занятость, связанную с необходимостью регулярно "иметь присутствие" в Оренбурге для проведения заседаний правления, Рычков старался по возможности чаще совершать поездки на соляные пристани, контролируя их работу и "ревизуя" находившихся там командиров(16). Результатом постройки и организации интенсивного режима работ пристаней явилось увеличение объемов вывозимой соли и, соответственно, увеличение доходов казны.

П.И.Рычковым не были оставлены без внимания и проблемы усовершенствования поставок соли с месторождения, как на пристани, так и в отдельные крепости и "жительства" Оренбургского края. По его инициативе все служащие, отвечавшие за организацию развозов соли в Оренбурге и на местах, получили строжайшее предписание "...с соляными повозщиками и со всеми работными людьми... поступать справедливо и безпристрастно, особливо же с башкирцами, приласкивая их по их свойству и нравам, чтоб они к соляным повозкам время от времяни наиболее и не свыше прежних цен приохочивались, а обид и притеснений не только не чинить, но и всячески их от того защищать..."(17). Другой важной мерой было ужесточение контроля за тептярями - выходцами главным образом из Среднего Поволжья, поселившихся в здешнем крае после завоевания Иваном Грозным Казанского царства. По проекту С.Тетюшева тептяри были привлечены к поставкам соли на Ашкадарскую пристань, а позднее, при оренбургском губернаторе И.А.Рейнсдорпе, их решено было использовать при перевозках соли и на другие соляные пристани(18). Однако тептяри, не желая выполнять возложенные на них поставки, всячески старались избежать их, нанимая вместо себя других местных жителей, чаще всего башкир. Такие действия приносили убытки "казенному интересу", в связи с чем в 1770 г. Рычков отправил письмо в Уфимскую провинциальную канцелярию с предложением самым внимательным образом следить, "...дабы тептери и бобыли положенную на них соль впредь сами за себя ставили, а буде кто вместо себя нанять похочет, то б нанимали они из своей братьи, тептерей и бобылей, а других, особливо же башкирцов, к тому не нанимали..."(19). И.А.Рейнсдорп, неприязненно относившийся к Рычкову, сначала не соглашался с данным предложением, и только непосредственное вмешательство директора Главной Соляной Конторы П.Д.Еропкина позволило реализовать его.

Тщательно отлаживаемая, годами создававшаяся система добычи и поставок соли с илецкого месторождения рухнула почти в одночасье, в результате событий Крестьянской войны 1773-1775 гг.: многие соляные магазины (склады) и лавки были разграблены или сожжены, также пострадали и соляные пристани, работавшие на вывоз соли в другие районы. В феврале 1774 г. пугачевским атаманом Хлопушей была захвачена построенная при месторождении крепость, Илецкая Защита(20). Уходя из крепости, Хлопуша забрал всех находившихся там "у рубки соли" ссыльных "в армию к государю Петру Федоровичу". Даже в конце 1776 г. Оренбургское соляных дел правление получало "доношения" от командования Илецкой Защиты, что находившиеся в крепости ссыльные в большинстве своем "...стары, дряхлы и как к рубке соли, так и ни к каким работам неспособны..."(21). Тем не менее, усилиями правления и в первую очередь его главы, П.И.Рычкова, уже в 1774 г. разрушения на месторождении были исправлены, а к 1775 г. опять начала свою работу восстановленная Стерлитамакская (бывшая Ашкадарская) пристань на р. Белой.

Тревожная и нестабильная после "пугачевского замешательства" обстановка в крае вынудила П.И.Панина осенью 1774 г. создать при Оренбургской губернской канцелярии "Особую иноверческих дел экспедицию"(22). К участию в ее работе был привлечен и П.И.Рычков, и уже в январе 1775 г. им по приказу П.И.Панина был составлен "Проект инструкции учрежденной при Оренбургской губернской канцелярии иноверческой и пограничной экспедиции". Реально оценивая положение дел в Оренбургском крае, Рычков предлагал целый комплекс мер для восстановления "спокойства и тишины здешних пограничных мест".

Главное внимание должно было быть уделено двум наиболее крупным и "безпокойным" из проживавших в крае народов: "киргиз-кайсакам" (т.е. казахам - авт.) и башкирам. В отношении казахов Рычков советовал продолжать использовать уже оправдавшую себя практику "аманатов", т.е. удержания в Оренбурге заложников из знатных казахских родов, в первую очередь из детей ханов "Меньшой и Средней орд". Для защиты жителей края от набегов казахов предлагалось использовать т.н. "баранту" - "захват и удержание при других случаях из тех же самых родов (т.е. из принимавших участие в набеге - авт.) приезжающих на торг и в крепости киргизцов..."(23). Хорошо понимая, какую угрозу для центральной администрации создало бы объединение до этого разрозненных казахских или башкирских родов, Рычков в качестве защиты от него выдвигал принцип "разделяй и властвуй": "...по самым политическим резонам к пресечению их (казахов и башкир - авт.) злодейств и больших скопов, удобнейшего средства нет, как употребление их же самих, поднимая улус на улус и одну орду на другую, по их известным разположениям"(24).

Проживавшие в крае татары и мещеряки, как "люди надежнейшие", должны были находиться на более привилегированном по сравнению с "киргизцами и башкирцами" положении(25). В отличие от них, в соответствии с "Проектом", теряли имевшиеся у них преимущества в налогообложении тептяри: "...всех сих называющихся тептерями и бобылями и разсуждается в полной подушной оклад положить и рекрут с них взыскивать так, как и с протчих..."(26).

Комплекс мер, предложенных П.И.Рычковым, как "человеком знающим", несомненно, учитывался местной администрацией при выработке дальнейшей политики по отношению к иноверческому населению, что способствовало прочному "закреплению" Оренбургского края в составе Российской империи. Однако и здесь его работа в составе Иноверческой и пограничной экспедиции осложнялась напряженными отношениями с И.А.Рейнсдорпом. На создавшееся положение дел мало влияния оказал даже сенатский указ от 15 декабря 1775 г., предписывавший последнему оставить Рычкова "при делах и иноверческих в Оренбургской губернии, отделенных в особую экспедицию"(27). Нелюбовь Рейнсдорпа к Рычкову отрицательным образом сказывалась на осуществлении им своих замыслов и проектов, тормозила проведение в жизнь многих действительно полезных и нужных для края мероприятий. Кроме этого, как обнаружилось позднее, талантливый ученый и "управитель" не всегда умел оценивать людей. Так, уже в 1780 г. закончилось тянувшееся с 1776 г. следствие по случаям воровства и "потаенной" продажи соли среди служащих Оренбургского соляных дел правления. В ходе его, среди прочего, выяснилось, что помощник П.И.Рычкова по правлению, коллежский асессор Федор Стадухин был виновен "...в умышленной утайке из полной и действительной продажи соли, в перемене вместо настоящих ведомостей и документов другими со уничтожением и отобранием к себе первых, во удержании у себя за потаенно проданную соль немалого числа денег..."(28).

И все-таки эти обстоятельства никоим образом не уменьшают значимости проделанного П.И.Рычковым для освоения и процветания Оренбургского края, ставшего его второй Родиной. Труды и заботы Рычкова, осуществленные им мероприятия, имевшие значение, как для настоящего, так и для будущего развития края, - заслуженно позволяют назвать его истинным "радетелем и устроителем края Оренбургского"!

Примечания

(1) Смирнов Ю.Н. Оренбургская экспедиция (комиссия) и присоединение Заволжья к России в 30-40-е гг. XVIII века. Самара, 1997. С. 6.

(2) Цит. по: Добромыслов А.И. Материалы по истории России. Оренбург, 1900. Т. 1. С. 90.

(3) Цит. по: Ефремов А.В. Петр Иванович Рычков. Казань, 1995. С. 11.

(4) Записки Петра Ивановича Рычкова // Русский архив. 1905. Кн. 3. № 11. С. 301.

(5) Главное Оренбургское соляных дел правление было создано в 1753 г. и до конца 1769 г. именовалось Оренбургским соляным комиссарством. Основной его задачей являлось обеспечение организации добычи и поставок соли с находившегося в крае илецкого соляного месторождения. С 1770 г. в связи с ростом объемов соледобычи и, соответственно, усложнением всего хода соляной операции происходят изменения в штате и структуре комиссарства, реорганизованного в правление.

(6) Записки Петра Ивановича Рычкова... С. 301, 303-304, 308, 314, 332, 338.

(7) Пекарский П.П. Жизнь и литературная переписка Петра Ивановича Рычкова. СПб., 1867. С. IV.

(8) См. например: Майорова А.С. Общественно-политические взгляды П.И.Рычкова. Саратов, 1986; Она же. П.И. Рычков о правительственной политике на восточных окраинах Российской империи // Из истории социально-этических и политико-правовых идей. Саратов, 1990; Чекунова А.Е. Новые материалы к биографии П.И.Рычкова // Археографический ежегодник за 1985 год. М., 1986.

(9) Записки Петра Ивановича Рычкова... с. 330.

(10) См.: Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. СПб., 1830. Т. XVII. № 12553; Рычков П.И. Описание Илецкой соли... // Труды Вольного Экономического Общества. СПб., 1772. Ч. ХХ.

(11) Следует отметить, что, кроме построенной С. Тетюшевым Ашкадарской пристани, еще в 1745 г. была создана Бугульчанская пристань в верховьях р. Белой, но после 1754 г. она фактически бездействовала.

(12) Записки Петра Ивановича Рычкова... С. 330-332, 334.

(13) Российский государственный архив древних актов (далее: РГАДА). Ф. 355. Оп. 3. Д. 12. Л. 10.

(14) Рычков П.И. Описание Илецкой соли... С. 42.

(15) Записки Петра Ивановича Рычкова... С. 331.

(16) См. например: РГАДА. Ф. 355. Оп. 3. Д. 13. Л. 183. (В Оренбургском крае на вывоз соли работали Ашкадарская (Стерлитамакская), Бугульчанская и Уфимская пристани на р. Белой, Беткинская и Чистопольская - на р. Каме, Самарская - на р. Волге - авт.).

(17) РГАДА. Ф. 355. Оп. 3. Д. 20. Л. 13 об.-14.

(18) РГАДА. Ф. 355. Оп. 3. Д. 12. Л. 354.

(19) РГАДА. Ф. 411. Оп. 1. Д. 38. Л. 4 об.

(20) Допрос пугачевского атамана А.Хлопуши // Красный архив. 1935. № 1 (Т. 68). С. 167.

(21) РГАДА. Ф. 355. Оп. 3. Д. 20. Л. 16.

(22) Цит. по.: Чекунова А.Е. Новые материалы к биографии П.И. Рычкова. С. 215.

(23) РГАДА. Ф. 1274. Оп. 1. Д. 211. Л. 9.

(24) РГАДА. Ф. 1274. Оп. 1. Д. 211. Л. 14, 17. (Этот метод использовался с самого начала деятельности Оренбургской экспедиции в крае - авт.).

(25) Там же. Л. 24, 28.

(26) Там же. Л. 25.

(27) Цит. по: Чекунова А.Е. Новые материалы к биографии П.И. Рычкова... С. 216.

(28) РГАДА. Ф. 353. Оп. 1. Ч. 3. Д. 2692. Л. 1.