Rakov

Беседовала: Ирина Васильчикова


"СЦЕНА - ДАМА КОВАРНАЯ"


Досье:

Виктор Раков родился в феврале 1962 г. в Москве. В 1984 г. окончил ГИТИС. После окончания училища был принят в труппу столичного театра "Ленком", где работает по сей день.

Сыграл в спектаклях "Трубадур и его друзья", "Гамлет", "Звезда и смерть Хоакина Мурьеты", "Юнона и Авось", "Королевские игры", "Мудрец", "Мистификация".

Телезрителям известен по фильмам "Убить дракона", "Мать", "свой крест", "Жажда страсти", "Гардемарины"-3, "Петербургские тайны", "Любить по-русски".

Женат. Двое детей: сын Борис и дочь Настя.

- Вы когда-то хотели поступать в цирковое училище, но предпочли театральное...

- Я подумал, что театр - более многогранен. Я очень люблю клоунов, у меня есть свои "любимцы". Но там, по-моему, не так много возможностей.

- Вы говорили, что вас редко используют как комедийного актера. Это вина режиссеров?

- Я так не думаю. В институте мы репетировали комедийные роли. Например, "Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем". Через призму комедии рассматривали "Свидание" Анатолия Афанасьева, "Свадьбу" Чехова, "Верую" Шукшина. Удавалось, как мне кажется, сочетать некую иронию и трагизм.

Комичная роль - не всегда клоунада в чистом виде. Хотелось бы, чтобы люди задумывались: что стоит за тем или иным характером, событиями.

- Для вас имеет значение, с кем из актеров вы заняты в спектакле?

- Конечно, имеет. У старшего поколения всегда есть, чему поучиться: взаимодействуя на сцене, общаясь, играя. А если идет импровизация, то ты не можешь оставаться к этому безучастным. Тоже начинаешь импровизировать. Учеба идет постоянно. А с молодыми людьми, наверное, наоборот: какой-то опыт уже приобретен, и если они берут то, что им необходимо - это замечательно.

- Вы с режиссером - соавторы или вы ему полностью доверяете?

- Я соавтор, конечно.

- А если режиссер - диктатор?

- Если я могу предложить что-то более интересное, чем режиссер, могу отстоять свою точку зрения, то часто бывает, что режиссер соглашается, и мы так и оставляем.

- Вы как-то говорили, что у вас была мечта сыграть в боевике, в вестерне.

- Я снялся в десятисерийном фильме "Сыщик", где сыграл полковника милиции. Заканчивается работа над фильмом "Заложник". Так что мечта становится реальностью.

- Вам этот жанр близок, потому что у вас в характере есть что-то "ковбойское"?

- Не обязательно должны быть Прерии и ковбои. Может, это будет какая-то современная история, а может - ретро. Еще есть силы и можно побегать, попадать, пострелять.

- Какая роль принесла вам популярность?

- Как ни странно, наверное, - "Петербургские тайны". Хотя, на мой взгляд, до "Тайн" были другие интересные работы. Но запомнился сериал - и замечательно. А то бывает, что человек всю жизнь работает и ничего не запоминается. Это не всегда зависит от актера. Это зависит от ситуации в обществе, от политической, экономической обстановки в стране.

Надо попасть во время, в ситуацию.

- А какую из работ вы вспоминаете с наибольшим удовольствием?

- Их много. Вспоминаю и "Убить дракона", и "Мать", и "Свой крест", где мне предложили сложную, очень интересную и очень нужную мне в тот момент роль Сергея Троицкого. Как я там просуществовал - другой вопрос. Но вся история мне очень близка и понятна. Что-то происходило в жизни, направляло в нужное русло. Работа с Валерой Лонским доставляла огромное удовольствие.

- После того, как пришла популярность, как часто узнают на улице, просят автограф?

- Не так уж часто. Но чем чаще показывают "Петербургские тайны", тем чаще я сталкиваюсь с фанатами этого сериала. Сначала было странно, непривычно, а сейчас я к этому нормально отношусь. Автографы просят часто. И не только в театре, после спектакля, но и где-то на улице.

- А "перегибы" случались?

- Была одна история, которая, к счастью, закончилась благополучно.

Звонила одна не совсем нормальная женщина и требовала близости. Причем, она звонила днем и ночью, не соображая, что иногда надо отдыхать. Я пытался что-то предпринять. Звонил ее участковому, он бывал у нее. Наши правоохранительные органы ничего не могли сделать для того, чтобы меня как-то оградить от этой дамы. Потом, видимо, у нее настало состояние ремиссии, и она перестала звонить. К тому же, я переехал.

- Насколько для актера важно быть честолюбивым?

- Наверное, хотя бы для того, чтобы доказать себе и окружающим, что ты занимаешься своим делом. Здесь без честолюбия, мне кажется, не обойтись. Это вообще неплохое качество, которое в жизни пригодится, тем более - в актерской.

Я могу отстоять свою точку зрения. Наверное, не только какие-то обстоятельства формируют характер, но и сама наша профессия учит жизни, мужеству. Если ты, конечно, делаешь определенные выводы.

- Театр - особый мир. И сцена - дама коварная. Случалось так, что мстила из-за несоблюдения ее законов?

- Да. Если долго иронизировать по поводу спектакля, перефразировать монологи, то можно в какой-то момент выйти на сцену, а у тебя перед глазами - "белый лист". Ты не помнишь ни с чего начать, ни чем закончить.

Можно споткнуться на ровном месте, растянуть связки. Что? Почему? Сиди анализируй, думай.

Если тебе везет, думаешь, что схватил удачу за хвост, все идет к тому, что ты - победитель, вокруг иногда образуется какое-то отрицательное поле. Видимо, недоброжелатели "трудятся". И в последний момент тогда может случится все, что угодно. Поэтому иногда надо сходить в церковь. Мне кажется, это не лишнее.

- Гастроли вносят разнообразие в вашу жизнь?

- Да. Но у нас их уже давно не было. Последний раз были в Израиле. Это было в конце прошлого сезона. А раньше ездили много, часто и с удовольствием.

Мы объездили практически всю страну. Запомнились гастроли в Кемерово и Новокузнецке. Мы там были очень долго - сорок один день.

Публика, конечно, другая. Даже если сравнивать московского и питерского зрителя, - питерцы добрее. А если говорить о глубинке, то там нас любят просто за то, что мы есть. Принимают очень хорошо.

- Вы умеете создавать себе настроение?

- Если я чувствую, что настроение не соответствует моменту, что непонятно, что происходит, я могу что-то сделать, чтобы его изменить. А если я чувствую, что все нормально и мне в какой-то момент надо, скажем, погрустить (что бывает не лишним), если это не мешает работе, я ничего менять в себе не буду. Но, в принципе, я могу управлять своим настроением.

- Розыгрыши - ваша стихия?

- Нет. Есть хорошая школа в "Щуке", в ГИТИСе. Но шутки плана "капустников" у нас в театре не идут. Нет таких традиций.

- Ну, уж 1 апреля, наверняка, даете волю...

- Я особенно не "покупаюсь". Наоборот, 1 апреля я соглашаюсь с любой дурью.

Бывают какие-то шутки во время спектакля. Стоит человеку оговориться - вокруг этого разыгрывается целая история. Но это понятно только нам. Зритель вряд ли что замечает.

- Вы когда-то занимались дзюдо...

- В свое время я хотел заниматься боксом, но мама мне запретила. Я тогда стал подумывать о карате, но оно у нас было полулегально. Тренер по дзюдо нам показывал какие-то приемы карате, но не более. Дзюдо я занимался с удовольствием. Правда, недолго, - всего один год. Мне не хватило двух побед для того, чтобы получить разряд. Какое-то время я плавал, бегал. Но серьезно заниматься каким-то видом спорта не случилось.

В театре довольно напряженная жизнь. Я играю много спектаклей, где приходится двигаться и петь. Надеюсь, сейчас я более-менее в форме.

Хотя, надо, наверное, уже давать дорогу молодым. Просто помочь молодому актеру, который будет это играть и дальше. Я не Бельмондо. И потом, там - Франция, а здесь - Россия. Надо во время уйти. Красиво.

- Как вы отдыхаете?

- В идеале отдых - это смена работы. Но не всегда так получается. Иногда я за компьютером сижу, иногда - рисую. Смотрю телевизор, видео.

- Я слышала о вашем увлечении керамикой.

- Это было, но прошло. Выяснилось, что это небезопасно. Тем более, все происходило в жилом помещении. Чтобы не травить себя и близких, я решил пока прекратить эти опыты. Вот если бы была мастерская... Я бы там оторвался! Вот там бы я наделал всего!

- А как все началось?

- Началось с того, что наша актриса Ира Серова втянула меня. Я почувствовал, что такое глина, что такое объем. Когда что-то можешь сделать своими руками - это здорово. Когда можешь слепить то, что никто не может, придумать какой-нибудь необычный сюжет - это класс!

Там я сам себе и режиссер, и исполнитель, и играю главную роль.

- А вышивка бисером не заброшена?

- Эта история тоже закончена. Это очень нудное занятие. Для этого нужно колоссальное терпение. А его у меня, как выяснилось, не хватает. Я взял картинку 13х13 и сделал чуть больше половины.

Если я сразу что-то не доделаю, то потом я вряд ли вернусь к этому вообще. Если я сажусь за картину, стараюсь написать ее сразу. Иначе она так и останется незавершенной.

- Что вам нужно для ощущения комфорта?

- Конечно, желательно, чтобы он был. Когда он присутствует, я занимаюсь творчеством. Но если холодильник пустой - это плохо. Какой здесь комфорт?

Может, я не знаю до конца, что мне нужно, чтобы обрести его. Но, судя по тому, что в последнее время я не занимаюсь ни живописью, ни керамикой, можно решить, что я себя комфортно не чувствую.

- Говорят, мужчину характеризует женщина, которая рядом с ним...

- Моя жена, Ракова Людмила Ивановна, завтруппой в детском музыкальном театре "Экспромт". Я ее очень люблю. Она - мой вдохновитель. И в театре, и в кино, и дома.

- Как вы познакомились?

- Ее привела подруга к нам на спектакль в "Ленком". В антракте я ее увидел, и после спектакля мы продолжили знакомство. Потом мы созванивались, встречались, поехали вместе на съемки в Минск, потом на гастроли с театром в Питер...

- Вы допускаете, чтобы близкие люди влияли на ваши взгляды, на ваши решения?

- По-моему, у меня достаточно развита интуиция. Я допускаю разницу мнений, но, если это необходимо, могу настоять на своем, чтобы доверились моему вкусу, моему чувству меры.

- Вы говорили, что в дочери узнаете себя. Какие черты она переняла от вас?

- Она смешная, остроумная. По-моему, у нее "мой" нос. Может, рано об этом говорить, но, кажется, там намечаются "папины" плечики.

Глядя на ее непосредственность, понимаю, что, наверное, и я таким был.

- А чем вы удивляли родителей в детстве?

- Они особенно не удивлялись. У меня есть старший брат. И то, что делал я - уже было вторично, если говорить о дисциплине или самовыражении.

Удивлял, может, тем, что лет в 10 я надевал бабушкин халат, платок, брал палочку и изображал ее походку, манеру говорить, чем приводил всю родню в неописуемый восторг. В последнее время они часто вспоминают, какой я был тогда смешной. Откуда эти наклонности? Видимо, наблюдал. Кстати, в актерской профессии это играет не последнюю роль.

Сейчас, наблюдая за папой, я могу сказать, что он бывает очень трогательный, смешной.

Тем, что я стал актером, я, наверное, папу с мамой удивил.