Снесарев

Автор: Вадим Кулинченко
Источник информации: "Алфавит" No.38, 2000.

  Полвека назад геополитика именовалась буржуазной лженаукой, и даже в современных изданиях энциклопедического словаря она трактуется как инструмент оправдания агрессии. Немногие знают, что основы этой науки во второй половине прошлого века заложил граф Дмитрий Алексеевич Милютин, ученый, политический деятель, военный министр России. Военная реформа в Русской армии, которую проводил Милютин, была неотделима от разработки политической концепции взаимоотношений России с иными странами с учетом присущих им географических факторов. Такая концепция и есть область геополитики, только у Милютина она называлась военной географией.
  Дмитрий Алексеевич 8 лет (1847-1855 гг.) был профессором военной географии в Академии Генштаба, а его труд "Критический взгляд на военную географию и военную статистику" стал программным документом российской геополитики. В соответствии с ее формулой "люди Милютина" шли на Восток; их имена неизвестны сейчас, за исключением тех, кого высветили какие-либо извивы истории: Пржевальский, Козлов, Фадеев, Корнилов, Куропаткин, Маинергейм - этих разных людей объединил военно-научный поиск.

  Возможно, это вступление позволит лучше понять атмосферу, которая заставила Андрея Снесарева, окончившего Московский университет по физико-математическому факультету с золотой медалью, защитившего диссертацию "Исследование о бесконечно малых величинах" и ставшего кандидатом чистой математики, способного лингвиста, к 23 годам знавшего четыре языка, успевшего завоевать славу фортепьянного виртуоза, поступить в Московское пехотное училище. Ему понадобилось всего 10 лет, чтобы стать Генерального штаба штабс-капитаном и получить назначение в Туркестанский военный округ.

  Служба началась с командировки в Индию.
  Во главе отряда из трех десятков оренбургских казаков Снесарев пересек с севера на юг весь Памир, проник в труднодоступные районы Кашмира, собрал интереснейший материал по Северной Индии. Потом было трудное возвращение, снова Памир, Хорог. Измученный путешественник встретил высоко в горах очаровательную девушку, Евгению Васильевну Зайцеву, дочь начальника Хорогского поста. Назначение Снесарева на должность начальника Памирского отряда стало для него свадебным подарком.

  Итог трехлетних горных странствий - два тома "Северо-индийского театра". Слово из мира искусств пускай не вводит вас в заблуждение - это предполагаемый театр военных действий, дотошное описание перевалов, дорог и селений Гиндукуша и Кашмира - сведения, необходимые для продвижения войск на Индо-Гангскую равнину. Далее следуют военно-географические описания Памира и Восточной Бухары; попутно Снесарев изучает десяток восточных языков.

  Можно смело утверждать, что именно Снесарев формирует политику империи на юге Азии, и это его рекомендации тщательно учитываются военным министерством и Генштабом. Деятельность Снесарева не нравится англичанам, она противостоит британским интересам в Азии. Нажимаются какие-то пружины в Петербурге, и Снесарева отзывают. Но отзыв - это ширма: Генштаб поручает полковнику Снесареву восточное делопроизводство. Он издает учебник "Военная география России", выступает с докладом на Международном конгрессе ориенталистов в Копенгагене - "Индия как главный фактор в среднеазиатском вопросе".

  Это снова не нравится англичанам. Британия - хоть и союзница России - не может допустить, чтобы на одном из ключевых российских постов в разведке находился офицер с отчетливыми антибританскими взглядами. Очередной нажим, Снесарев переведен в Киевский военный округ - и тут начинается Первая мировая.

  В декабре 1914 г. немцы прорвали фронт под Коломыей. Сюда переброшен полк Снесарева. Полковник сам повел его в атаку. За личную храбрость и умелое руководство полком Снесарев произведен в генерал-майоры.

  Он участвует в 75 боях, грудь его украшают многие военные награды; успевает и в чинах. В сентябре 1917 г., уже после корниловщины, солдатский комитет 9-го армейского корпуса выбирает генерал-лейтенанта Снесарева командиром корпуса - случай для тех дней редчайший, если не единственный. Но уже через месяц Андрей Евгеньевич оказывается в Острогожске, в тиши уездного городка глубинной России; из развалившейся армии он уходит. Однако не навсегда. Всего лишь до весны 1918-го.

  Революцию он, скорее всего, не принял. Если и принял, то не сразу и с оговорками. Без оговорок он принимал только Россию - рассматривал страну как комплекс с характеристиками, изменяющимися в темпе естественноисторического процесса, невзирая на чье-либо революционное нетерпение. Поводом для вступления Снесарева в Красную Армию была немецкая интервенция весной 1918 года.

  13 мая 1918 г. Снесарев прибыл в Царицын с мандатом Совнаркома: "Сим удостоверяется, что предъявитель сего Андрей Евгеньевич Снесарев действительно состоит руководителем Северо-Кавказского окружного комиссариата по военным делам..."

  Округа еще не существовало. На Царицын наступала 40-тысячная армия генерала Краснова. Революционная армия - части Киквидзе и Ворошилова, Щаденко и Шевкопляса, рабочие полки и банды Черной Маруси - митинговала и "сей же секунд" грозилась отправить военрука Снесарева в "штаб Духонина", что на революционном жаргоне значило "расстрелять". И все же Андрею Евгеньевичу удалось создать регулярные части Красной Армии, организовать оборону города, остановить врага. Этого он добился, несмотря на припадки "классового недоверия" со стороны комиссара округа мальчишки-студента Зейдена и явное противодействие со стороны чрезвычайного комиссара по отгрузке хлеба в Москву со странной фамилией Сталин.

  Сталин требует "убрать Снесарева, который не в силах, не может, не способен или не хочет вести войну с контрреволюцией", а план Снесарева по обороне города объявляет вредительским. В середине июля 1918 г., когда положение под Царицыном стабилизировалось, Сталин арестовал военрука и почти весь штаб округа водворил на баржу.

  Для расследования "баржевой" политики Сталина в Царицын прибыла инспекция Высшего военного совета. Снесарева освободили из-под ареста, а в сентябре Троцкий свершил над царицынским клубком разногласий соломонов суд - Сталина в Москву, Ворошилова на Украину, Снесарева в Смоленск начальником обороны Западного района. И если я скажу, что и в новой должности Снесареву удалось улучшить организацию войск и управление ими, снабжение и вооружение частей, наладить разведку, вы упрекнете меня, что я повторяюсь. Но повторяюсь не я - повторяется жизнь.

  Весной 1919-го начинается один из наиболее загадочных эпизодов жизни Снесарева.
  Это было время, когда революционное брожение охватило весь Восток - от Асуана до Кантона. Индия кипела митингами, крестьянскими восстаниями. Британские пулеметчики косили демонстрантов тысячами, и кровь лилась по мостовым древних городов. Афганистан решительно отказывается от британского протектората, и английские войска через Пенджаб маршируют на Север.

  Снесарев снова в Туркестане. Памирский отряд на своем месте, но уже под красным флагом. Красная Армия держит города, в ее составе нет местных жителей, а сельские территории - под властью родовых старейшин и, как сказали бы сегодня, полевых командиров. За Гиндукушем грохочут 6oмбы с британских аэропланов.

  Почти что не сохранились свидетельства деятельности Андрея Евгеньевича в эти месяцы в Центральной Азии, но за событиями третьей англо-афганской войны чувствуется опытная рука, превратившая военное поражение афганцев в их политическую победу. Массовое восстание пуштунских племен в тылу британских войск и их разгром под Мервом сорвали наступление англичан на Герат с севера.

  Сразу после заключения англо-афганского мира, когда Англия лишилась власти над Афганистаном, Снесарев был отозван в Москву и назначен начальником Академии Генерального штаба РККА. За два года командования академией он сделал из нее военно-учебное заведение мирового класса. Снесарев не только руководил, но и вел многие предметы сам, плодотворно занимался наукой - той самой милютинской военной географией.

  22 февраля 1928 г. Андрею Евгеньевичу Снесареву за многолетнюю многогранную деятельность, в частности и по строительству вооруженных сил страны, было одному из первых присвоено звание Героя Труда.

  Этого не мог перенести человек с конфетно-красивой внешностью и непомерным честолюбием, претендующий на высший военно-научный авторитет в СССР, Михаил Тухачевский. Коба, помня Царицын, и пряча злорадную улыбку в усах, отдает Тухачевскому Снесарева. В январе 1930 г. тот был арестован и обвинен как участник контрреволюционной монархической офицерской организации.

  Сам Тухачевский в мае 1937 г. был расстрелян, а глубокий старик, несокрушимо молчавший, не продавший свою честь, продержался еще лето и осень и тихо угас 4 декабря 1937 года. Из лагеря его отдали родным еще в 1934-м - отдали умирать. Но отпущенные ему судьбой три года Снесарев продолжал работать...