Савельев

Так уж сложилось, что к "наружке", к "топтунам" население нашей страны традиционно питало антипатию, совсем несправедливо считая слежку порождением КГБ. Хотя, если разобраться, "наружка" - это такой же оперативный инструмент любой уважающей себя спецслужбы, какой является, к примеру, разведка. Но во всех фильмах и книгах разведчики, как правило, предстают в образе героев, а "филерам" достается роль проигравших.  

Автор: Владимир Березко

Статья: Человек-хвост

Сайт: АиФ


Обидно, что остается за кадром отточенное годами мастерство сотрудников, среди которых практически все - профессионалы высочайшего класса. И поэтому, когда нам представилась возможность рассказать о человеке, долгое время проработавшем в "семерке" - Управлении наружного наблюдения КГБ СССР, то мы не преминули ею воспользоваться...

Уличные университеты

Когда Андрей Савельев в 1976 году вернулся домой после службы в армии, один из друзей-товарищей, который работал в комитете, посоветовал идти в КГБ. Пошел. Посоветовали найти себя... на улице. Нет, не в том смысле, что выгнали. Работу такую предложили: "Действовать будете на улице, занятие очень динамичное, с трудно предсказуемыми ситуациями".

Он согласился. Но, вообще-то, в штат взяли далеко не сразу, почти год кандидат трудился во внештатной службе седьмого управления, где знакомился... с Москвой. Выглядело это так: Андрей получал на неделю задание изучить, к примеру, участок от Калининского проспекта до улицы Герцена, и по вечерам, после работы на деревообрабатывающем комбинате, старательно, пешком обходил все улицы и закоулки в этом районе. За "внештатку" не платили ни копейки, что с большой точностью позволяло сделать вывод о добросовестности и желании кандидата стать чекистом.

Когда "испытательный срок" подходил к концу и стало ясно, что кандидат будет зачислен в штат, о службе наружного наблюдения с ним начали говорить более открыто. Потом - учеба в спецшколе в одном из городов России, где в течение года он изучал основы контрразведывательной деятельности, тактику ведения наблюдения, способы и средства связи, маскировку, искусство грима, кинофотодело и многое-многое другое. После школы - звание прапорщика и работа в "семерке".

Необходимо отметить, что сотрудники наружного наблюдения всегда находились в негласном штате КГБ, что предполагало полную зашифровку человека. К примеру, даже служебного "комитетовского" удостоверения за время работы в "наружке" у Андрея не было. Как нигде не было известно, что он - сотрудник КГБ. Для окружающих он был работником одного из оборонных предприятий столицы.

По мнению Андрея, "семерка" пользовалась большим авторитетом, это был настоящий коллектив, где люди близко узнавали друг друга и практически все праздники отмечали вместе. "Семерка" всегда занимала призовые места в КГБ на всех соревнованиях - спортсмены там, как правило, подбирались очень сильные. Кстати, знаменитая "Альфа" создавалась именно в "семерке" и долгие годы организационно входила в состав управления.

Спорт всегда помогал в работе, потому что жизнь сотрудников "наружки" была щедра на всякие сюрпризы. Однажды "объект" поехал один в лифте на десятый этаж, а Андрею пришлось в целях конспирации подниматься за ним бегом, чтобы не потерять "подопечного". Или другой случай: "объект" вышел на лыжную прогулку. Вопрос: что делает сотрудник "наружки"? Конечно, бежит за ним на лыжах три или пять километров.

От "наружки" не спрячешься

Но дело в том, что он не только не должен выпустить "объект" из поля зрения, но должен и держать связь, ориентировать других сотрудников, выявлять возможное контрнаблюдение, искать возможность сделать оперативное фото, предугадывать движение объекта, чтобы не пропустить оперативно значимых действий, естественно вписываться в обстановку. Вся эта работа, разумеется, идет насмарку, если "объект" засек сотрудника...

И честно говоря, работу в "семерке" не назовешь "сладкой" и "непыльной".

Заболеть нельзя, если накануне сотрудник установил "связь" "объекта" и довел его до дома, то на следующее утро изволь его "вести". По той простой причине, что только он и знает связного в лицо.

Дальше. "Объекту" не скажешь: "Подожди. У меня обеденный перерыв". Это означает нерегулярное питание всухомятку, работу в дождь, снег, холод, постоянные стрессы. И конечно, есть и профессиональные болезни - язва желудка, радикулит, болезни сосудов ног.

А льгот особых нет. Звезды на погоны не падают золотым дождем - и в 30 лет в "наружке" ходят лейтенантами.

...И еще о профессионализме. В "наружке", как правило, существует полная взаимозаменяемость: каждый сотрудник должен быть готов в любой момент заменить своего товарища. Особенно велика ответственность, если сотрудник меняет водителей оперативной машины, которые, к примеру, запросто могут проехать в час пик по городским улицам так, что успеют за "объектом", "летящим" в голубом экспрессе по подземным магистралям.

Из досье "АиФ"

Существует практика, когда разведчики приезжают домой на переподготовку. В том числе - оттачивается и умение выявлять за собой "хвост". Единственная информация, которой разведчики владеют, - в определенные несколько дней на указанном маршруте в любой момент может вестись наблюдение. Соответственно, проверяют свою квалификацию и профессионалы из "наружки"...

Вот один из случаев. Довольно хорошо подготовленный разведчик приехал на переподготовку и, полагая, что наблюдения за ним нет, сошел с маршрута. Встретившись с товарищем, направился с ним в пивную. В отчете для руководства он написал, что прошел весь маршрут, не обнаружив за собой наружного наблюдения. В ответ ему выложили на стол отчет "наружки", где было указано даже количество выпитых кружек пива...

- Иногда спиртное приходится употреблять и сотрудникам "наружки", - поясняет Андрей, - но только если это вызвано служебной необходимостью. К примеру, объект заходит в тамбур пригородной электрички, и тут же разыгрывается небольшая сценка: к нему подходят два типа и говорят: "Мужик, стакан есть?" Дальше - выпивают бутылку вина на троих, начинается задушевный разговор, и в итоге бригада устанавливает станцию, куда ехал объект. Приходится сотрудникам "наружки" бывать и в ресторанах. Для посещения злачных мест было предусмотрено даже выделение денег. Правда, заказать на ту сумму можно было только чай, и, чтобы не "засветиться" из-за бедного стола, всегда сотрудникам "наружки" приходилось доплачивать свои кровные.

Золотая середина

Сотрудник службы наружного наблюдения - это прежде всего актер. Но с точностью до наоборот. Если маэстро в театре всеми силами добивается зрительского внимания, то оперативнику внимание совсем ни к чему. Отсюда и требования к внешности: если у вас есть золотые зубы, дефекты речи, шрамы на лице - путь в "семерку" вам заказан. У сотрудника "наружки" все должно быть среднее - прическа, рост, одежда.

Из досье "АиФ"

На сближение с "объектом" в подъезде жилого дома один из сотрудников "наружки" пошел в роли... инвалида, тут же придуманной и блестяще сыгранной. Он так натурально изображал больного с нарушениями опорно-двигательного аппарата, что "подопечный" даже посочувствовал ему, а потом посетил своего связного и ничего не заподозрил.

А Андрей однажды без всяких проблем вел "подопечного", пока тот не вошел в троллейбус, в салоне которого было всего три человека. Пришлось изображать сильнейший насморк, громко хрустеть специально припасенным ("на всякий случай") яблоком. "Объект" не заподозрил ничего...

- Андрей, а кто лучше в наружном наблюдении - наши или они?

- Те же американцы, к примеру, технически лучше оснащены. Но это, между прочим, расхолаживает, иногда ведь никакая техника не выручит, а навыков-то необходимых и нет. У наших - есть. Мы - профессиональнее. Проверено.

- И, если можно, совет для читателей. Как определить, что за тобой следят?

- Выявить настоящих профессионалов очень сложно, а что касается совета, могу сказать: если вы в ладу с законом, то слежки опасаться вам не стоит.