Chokaev

(1890-1941)   Видный общественно-политический деятель, член мусульманской фракции российской Государственной Думы. Создатель организации "Туркестанское единство".  

Источник информации: Чокаев Мустафа

  Мустафа Чокаев родился 7 января 1890 г. в местечке Аулие-тарангыл, в Сыр-Дарьинском районе Кызыл-Ординской области. Родом из кипчаков. Дед Мустафы заслужил звание "датка", что приравнивает его к султанам. Отец его Чокай, 1836 года рождения, умер в 1916 г., в свое время был волостным и пользовался уважением как признанный в народе бий, судья. По материнской линии он ведет свою родословную от казахских ханов, правивших Хивой. Он получил достойное для семейной традиции воспитание и образование.

  К этому времени царское правительство силой оружия полностью установило в регионе имперское правление, объявив прилежащую к России территорию Русским Туркестаном. Когда Мустафе было 8 лет, произошло восстание под руководством имама Мадели, в котором участвовали узбеки, казахи, киргизы. Восстание было жестоко подавлено. По указанию Николая II все земли восставших, включая и зимовки, а также все лучшие угодья были переданы в собственность русским переселенцам. Вот почему, дав Мустафе мусульманское домашнее образование, родители определяют его в русскую Ташкентскую гимназию, где он учится вместе с Керенским. Уже в школе он объединяет вокруг себя соплеменников, давших обет быть мусульманами и не отступать от веры. Блестяще окончив гимназию, Чокаев поступает на юридический факультет Санкт-Петербургского университета, в студенческие годы складывается его политическое лицо как демократа, отчетливо осознающего политическую ситуацию в России в целом и в Туркестане. Принимая активное участие в общественной деятельности, он общается, в частности, с видным деятелем царской администрации Губайдуллой Шангирхановым, который заботился о привлечении молодых казахов к учебе в университете, всячески старался облегчить их участь. Как известно, казахи как "дикие" в III и IV Государственных Думах не получили депутатского представительства и потому могли действовать только через так называемую мусульманскую фракцию европейской части России. Несмотря на молодость, Мустафа был подлинной душой оргкомиссии при этой фракции. Через нее он смог представить Госдуме картину кровавого подавления войсками восстания 1916 г. Когда в феврале 1917 г. было создано Временное правительство, Мустафа Чокаев способствовал назначению комиссаром в Степной Край Алихана Букейханова, в Туркестан - Мухамеджана Тынышбаева. Но еще до февральской революции у него зародилась идея "Туркестанского союза", для чего он выезжает в 1916 г. в Казань и создает организацию под названием "Туркестанское единство". В ее руководство вошли пять человек, безусловным лидером которых был Мустафа. 27 декабря 1917 г. все политические течения и партии, собравшиеся на Всетуркестанский конгресс, объявили о создании Кокандской автономии, избрав ее первым президентом Тынышпаева, а после его ухода единогласно Чокаева. В документах, принятых конгрессом, декларировалась необходимость установления с Россией экономических взаимоотношений на основе равенства и взаимовыгодных интересов.

  Но Коканд оказался беззащитным перед нападением большевиков по всем параметрам: не хватало вооружения, военных кадров, международной поддержки.

  После захвата города началась повальная резня, насилие над женщинами, грабеж, расстрелы без суда и следствия, уничтожение "лишних свидетелей". Только благодаря мужеству и самоотверженности соратников Чокана ему удается вырваться из этого кровавого месива. Через Баку, Батуми, Стамбул, Мустафа добирается до Парижа и оседает в нем. Живя в Париже, Чокаев развивал напряженную деятельность по объединений всех находящихся в эмиграции мусульман, прилагает все усилия для того, чтобы открыть глаза Западу на истинное положение дел. Он играл незаменимую роль в обществе "Дружбы народов Кавказа, Туркестана и Украины", общался с социалистами и с видными политическими деятелями, везде систематически развивал свою политическую концепцию объединения тюркских народов для обретения ими свободы, независимости и возможности цивилизованного развития. В Лондоне, Париже, Варшаве он выступал с докладами, разъяснял и разоблачал имперско-репрессивный характер политики большевиков, с 1924 г. он издает журнал "Яш Туркестан", распространяя его в Лондоне на английском, в Германии, на французском и польском языках в Варшаве. Его статьи до сих пор поражает остротой анализа и глубокой постановке вопроса. Большевики и особенно Сталин опасались проникновения его идей и, не упоминая его имени, косили под самый корень всех сколько-нибудь самостоятельно мыслящих интеллигентов как "пантюркистов", "панисламистов", придавая этим терминам некое зловещее звучание, так же как термину "национализм". На самом деле он провозглашал идею регионального, языкового, связанного с историко-этническим единством объединения народов, что в наше время развивается на самых различных уровнях. Ленин и большевики также поначалу пользовались термином "мусульманство" для обозначения региона, культуры, быта, традиции и общности политической истории.

  Насколько большевистская традиция тяготела и тяготеет до сих пор в понимании деятельности Мустафы Чокаева можно судить по тому, что не прекращаются спекуляции вокруг возможной связи Мустафы с так называемым "Туркестанским легионом". Это версия, которую "проработал" КГБ, не имеет под собой никакой фактической основы. На самом деле известно только то, что немцы после окружения Парижа арестовали Чокаева, затем отправили в Берлин. Затем его с приставленными к нему фон Менде и Вали-Каюмом, отправили для ознакомления с положением военнопленных в Польше и на Украине. Во время этой поездки Мустафа приложил усилия для облегчения положения выходцев из Востока в смысле быта и устройства их на работу. Заразившись тифом, Чокаев проходил лечение в больнице, где и скончался 27 декабря 1941 г. Объявление о создании "Туркестанского легиона" последовало в апреле 1942 г., т. е. почти четыре месяца спустя после смерти Мустафы Чокаева. Существует предположение, что он был отравлен по распоряжению Розенберга, что, возможно, в этом принял участие Вали-Каюм, ставший "ханом" "Туркестанского легиона". Остается только гадать, как немцы хотели использовать политический авторитет Чокаева в своих целях, насколько они доверяли ему (или насколько он не оправдал их надежд), какие внутренние мотивы могли быть у Чокаева для какого-то союза или дипломатической договоренности с немцами (или таковых не было). Надо иметь в виду только одно и самое главное: с 1920 года, живя во Франции, Мустафа Чокаев как политический деятель, находящийся в эмиграции, снискал себе безукоризненную репутацию как человек, как личность, как крупный ученый, экономист, социолог, публицист, журналист. И все спекуляции вокруг его имени - лишь запоздалая попытка бросить тень на память этого выдающего деятеля региона, обозначенного Советами как Средняя Азия и Казахстан. Нельзя об этом сказать лучше, чем профессор А. Шульгин, лично знавший Чокаева. "Мустафа-би был большим государственным деятелем, выдающимся писателем и журналистом. Оставаясь верным своим традициям, он имел в себе все то ценное, человеческое, что может и должно связывать между собой людей самых разных и, казалось бы, непонятных друг другу народов".