Alibasov

Продюсера всех времен и народов угораздило родиться в сердце казахских степей - в 80 километрах от Семипалатинского ядерного полигона, на станции Чарской Абаевского района. Мутация организма молодого Бари Алибасова, по его словам, повлияла на присущие ему таланты и весь его жизненный статус.  

Фото: Эдуарда Кудрявицкого

Автор: Анатолий Салунов

Статья: Бари Алибасов: "Любовь порочна"

Сайт: АиФ



Его отец - Карим Касымович - работал управляющим банком. Мать - Ираида Ибрагимовна - трудилась бухгалтером в детском саду и по совместительству подрабатывала в паровозном депо. В их доме жила гувернантка-немка из сосланных Сталиным немцев Поволжья.

- Наша семья была настолько дружной, что многие соседи завидовали. Хотя между отцом и матерью бывали редкие ссоры. Но их отношения были столь деликатными, что конфликты и разногласия не выносились за пределы дома. Семейные драки во дворе были обыденными явлениями для жителей нашего городка, они никого не удивляли. Наша семья считалась образцовой и была примером для многих односельчан. Именно через родителей, через свои "корни" я унаследовал много ценных качеств, которые потом помогли мне в жизни! От предков мне досталась горючая смесь крови: татарская, казахская, хакасская, литовская, украинская...

Кроме Бари в семье было еще четверо детей: Зоя, Роза, Булат и Газиз. Детство Алибасова было коротким, поэтому он с грустью говорит о той поре:

- Мне хотелось побегать, поиграть в прятки, в футбол, но понятие "хозяйство" было магическим. В 6 утра я вставал и кормил животных, а потом гнал коров на пастбище. А то еще и теленка приходилось пасти, и картошку окучивать. Как же я ненавижу всю эту работу с тех пор! Даже домашних животных никаких не завожу. Мы жили в такой бедной деревне, что наш дом считался самым зажиточным, - только у нас водились простыни.

Любовь на шпалах

Уже в четырехлетнем возрасте мама надевала на Бари атласные шаровары, бархатную жилетку с тюбетейкой и заставляла петь татарские песни и танцевать цыганские танцы. В том же возрасте у маленького Бари проявились задатки руководителя и организатора:

- Босоногим пацаном я хотел верховодить и подчинять, а когда чуть подрос, жажда самоутверждения проявилась в повышенном интересе к сексуальной жизни.

Уже подростком Бари мог не ночевать дома по два-три дня. Никто из близких катастрофой это не считал. Его никогда не искали. Предоставленный самому себе, уже тогда он мог творить что угодно:

- В масштабах деревни я слыл опасным половым разбойником. Но это, как ни странно, не только не отпугивало от меня местных дам, а вызывало у них еще большее желание подружиться со мной. Девчонка не дала мне только один раз в жизни, когда я учился на первом курсе института. Правда, любил ее недолго, всего где-то месяца полтора.

- Она стала вашей первой любовью?

- Нет. Моя первая любовь случилась раньше, в 12 лет. С девушкой-соседкой мы шли на речку купаться... Обнимались, хохотали, потом целовались, потом я стал ее трогать, и она с удовольствием трогала меня. А потом разделись и на шпалах прямо... Поезда у нас редко ходят. Все по-деревенски, все как положено.

- За женщинами ухаживали так же, по-деревенски?

- Почему? Очень даже с фантазией. В школе я любил свою одноклассницу, которая танцевала индийские танцы... Это меня завораживало. Я решил сделать художественное освещение для ее номера. Украл светофоры с железнодорожной станции. Мигал выключателем: стекляшки зеленые, красные, синие. А в 10-м классе у меня случилось сразу три любви! И любил я абсолютно одинаково! Находясь с каждой наедине, я был убежден, что она - единственная. Так не бывает, но со мной это случилось. Первая была моей одноклассницей, вторая - на год младше, а третья - учительница. Она ценила мою молодость. Мне всегда нравилось щекотать себе нервы, для любовных забав я выбирал самые неподходящие места. Особенно мне нравилось любить учительницу не где-нибудь, а в саду, у того дома, где жил директор школы, который исключил меня из комсомола.

- Выходит, вниманием женским вы не обделены...

- Меня поражает, когда многие женщины и даже - о ужас! - несовершеннолетние девочки объясняются мне в любви. Меня это страшно пугает. Я даже, грешным делом, думаю: "А все ли у них в порядке с головой? Как это можно влюбиться в старого, жирного 55-летнего мужика с мерзкой обрюзгшей рожей?" Моя соседка баба Фая, увидев меня впервые в жизни, хотела милицию вызывать. Скажу, на кого я похож: на серийного убийцу, на чучмека, на бандита-наемника, на ближневосточного боевика-террориста... Мрачный уголовный тип с нависшими бровями.

- Наверное, чувство одиночества вам незнакомо?

- Был период, когда я долгое время жил один. Работал в "Интеграле". Получил квартиру, достал югославскую спальню слоновой кости, кафель голубой... И вдруг с ужасом обнаружил, что это никому не нужно! Мне некого сюда привести и сказать: "Это - твое!"

- Что спасло?

- Появилась "На-на". Эта работа отнимала все мое время. И мне уже было не до любви.

Семья. Лидия

- Расскажите о своем сыне -Алибасове-младшем...

- Бари сейчас живет со мной в Москве, учится в 10-м классе. Мать его осталась в Саратове. Сын очень умный, но, к сожалению, ленивый. У нас нет друг от друга тайн. В квартиру он часто водит ночевать девушек. Иногда, как я в свое время, гуляет, не возвращаясь домой. Меня волнует только один вопрос - его здоровье. У меня есть и второй сын, родившийся в 67-м году, которого я никогда не видел. Когда-то он жил в Иркутске, но связь полностью потеряна, поэтому я не имею о нем никакого представления.

- Вам не нужна семья?

- Я очень рано женился в первый раз. Но, думаю, не для создания семьи - скорее, для совершенствования в практике секса. Мне так это нравилось, что хотелось круглые сутки. Но консерватизм надоедает, и рано или поздно наступает охлаждение... Да, это мое горе, мое несчастье - как бы я ни любил женщину, я охладеваю к ней скорее, чем бы мне того хотелось. Самые, кстати, длительные отношения в этом смысле у меня были с Лидией Федосеевой-Шукшиной. Потому что мне впервые за всю свою жизнь надо было завоевывать женщину! Для меня она была существом неземным, нереальным, мифологическим.

- Каким образом Лидия Шукшина вошла в вашу жизнь?

- Совершенно неожиданно. Я уже привык быть один. Лет пять у меня никого не было, и я думал про себя: "Все нормально, мне уже к пятидесяти... Старые люди не должны испытывать никаких чувств". И потом вдруг появилась Лида! Она для меня была идеализированным образом: жена величайшего писателя, знаменитая русская актриса. Мы сидели в ресторане. Я не знал, что говорить, шутил "мимо кассы"... Но когда мы уже выпили шампанского, она оказалась такой хулиганистой, совершенно юной и абсолютно озорной! Как девчонка! И так с ней было хорошо, что я только домой приехал - тут же ей позвонил. И вот три года было счастье...

- До сих пор некоторые уверены, что вы с Шукшиной - муж и жена. Что помешало расписаться?

- Мы обсуждали этот вопрос с Лидой. Нам было так хорошо вместе, что я боялся сломать это хрупкое счастье каким-то неосторожным движением. Когда появляется штамп в паспорте, возникает уже не потребность друг в друге, а обязательство. И желание требовать исполнения этих обязательств. А это всегда приводит к конфликту... Тем не менее мы были вместе три года. Прежде мои отношения с какой-либо женщиной - не важно, женой или подругой - исчислялись всего лишь какими-то месяцами. На большее меня ни разу в жизни не хватило.

- Почему вы расстались?

- Возникло недоверие. Все проходит...

- Слова "Любовь порочна, я знаю точно" из песни "Упала шляпа" - ваши?

- Мои. Любовь порочна, это знают все. Влюбленный неадекватно оценивает своего партнера. А после - 70% семей разводятся. Думаю, что от любви надо лечить в дурдоме.