Ernst Konstantin

Александр Больше года со времени начала своего гендиректорства на ОРТ Константин Эрнст, не считая обязательных официозных комментариев, не давал интервью. Не хотел или не мог отвечать другим и самому себе на вопрос, что происходило с ним и с первым каналом в этот период, не знаю. Но то, что он решил говорить сейчас, само по себе уже показатель некоей завершенности, готовности осознать произошедшее. И платить по собственным счетам.  

Автор: Елена Афанасьева

Статья: Константин Эрнст: "Чтобы на ОРТ не прислали комиссара в пыльном шлеме, я решил заткнуть пробоину сам"

Сайт: NETTv Телевидение в интернете



- Два года назад я задавала большинству тогдашних руководителей каналов вопрос, что ждет ТВ в свете выборов-2000, и все были полны оптимизма. На поверку оказалось, что в 1998-м и близко не могли представить себе, как эти выборы переломают все каналы. Недоучли сложность?

- Вы же меня два года назад об этом не спрашивали! Но по-моему, этот процесс был объективным.

- Но вы тогда еще этим не занимались, и с вами можно было разговаривать о вещах более приятных, чем политика. Собственно о телевидении, например.

- Два года назад я был согласен с Фомой Кемпийским, просившим Господа избавить его от политических воззрений.

- А кой черт занес вас на эти галеры?

- С годами убеждаешься в правоте банальной истины: если вы не занимаетесь политикой, то политика занимается вами. И чтобы на ОРТ не прислали комиссара в пыльном шлеме, я решил заткнуть эту пробоину сам. Самолеты пилотируют не их владельцы, а летчики, и телевидением должны руководить телевизионщики. Это полезнее не только для телевидения, но и для политики.

- Теперь же, в 2000-м, всем вашим коллегам задаю другой вопрос: если, казалось бы, в вашем телевизионном мире сложились общие правила игры, то почему они были нарушены?

- Своя этика существует в любом сообществе. В телевизионном она более изощренная и состоит из множества проговоренных и непроговоренных правил. То, что даже основополагающие из них были нарушены в сезон 1999-2000 года, у меня вызывает огромное сожаление.

- Цитату из Бориса Абрамовича позволите? <Я просто хорошо знаю Константина Львовича и знаю, в какой сложнейшей ситуации он сейчас находится - и моральной, и душевной, как ему противно жить на самом деле>. Интервью Березовского <Эху Москвы> 10 сентября 2000 года.

- Я никогда ни под каким давлением не делаю того, что нарушает мои моральные принципы, кто бы как ни пытался мои действия трактовать.

- То есть вам не тошно жить на свете?

- Нет. Мне интересно жить на свете.

- Вас долгие годы считали одним из основных ставленников Бориса Абрамовича на первом канале, человеком Березовского...

- Меня действительно пригласил работать на канале Березовский, но пригласил управлять компанией, в которой контрольный пакет принадлежит государству. Я представитель государства в совете директоров ОРТ. Так что мои поступки по крайней мере логичны. А кто чей ставленник - это вопрос корректности толкований. Меня лично устраивает формулировка, что я человек первого канала.

- Но существует так называемое общественное мнение. Нельзя же не отдавать себе отчет, что в этом общественном мнении вы как-то выглядите...

- Публичный образ мало зависит от тебя самого. Занимая эту должность, я многих людей не устраиваю.

- Нельзя же все списать на черный пиар?

- Черному пиару я подвергался активно, мне не привыкать. Я никогда в полемику не вступаю. Обидно только, что плохому верят гораздо охотнее, чем хорошему, и пишут и говорят об этом чаще. Жаль, что это может стоить сердечного приступа моей маме.

- Но кроме собственного публичного образа, есть еще и образ компании, о котором генеральный директор не может не думать.

- Телевидение - настолько мощный медиум, что его образ зависит только от него самого, а не от имиджа, создаваемого другими СМИ. Да, сезон 1999-2000 годов для ОРТ был не самым удачным. Да, канал требует обновления. Но, надеюсь, вы заметили, что его образ меняется. И это ощущение должно усиливаться с каждой следующей неделей. Вне зависимости от того, как будет писать об этом пресса.

- Но такое несколько отстраненное отношение к образу компании играет на руку версии, что ОРТ было изначально создано как большая политическая дубинка, а все, что не касается политической составляющей новостей, в расчет не берется.

- Одна из моих главных задач на ближайший сезон (а может, придется заниматься этим дольше) - сформировать четкое представление о том, что ОРТ - это не дубинка! ОРТ всегда было и есть телевидение для людей. Наш зритель любит и смотрит нас не из-за политики и не вопреки ей. Мы сохраняем баланс, необходимый обществу. Никогда не было так, чтобы вокруг политической составляющей была гулкая пустота. Мы выдаем в эфир только высококачественный продукт. Все наши программы - <Время>, <Поле чудес>, <Цивилизация>, <Человек и закон>, <Жди меня>, <Клуб кинопутешественников>, <Взгляд> - и наши новые сериалы - о людях и для людей.

- Вы уже больше года отвечаете на ОРТ не только за подобные программы и сериалы, но и за политику. И в этот самый год, по общему мнению, ОРТ и Доренко привели к власти сначала <Единство>, а затем и Путина.

- <Общее мнение> не значит верное. Телевидение - мощная сила. Но один, даже самый сильный, не может противостоять многим. Лена, вы верите, что один человек или одна телевизионная программа может привести кого-нибудь к власти?

- Я знаю зону охвата ОРТ. Знаю, что вы вещаете там, где до власти далеко и нет высшей правды, чем телевизор, то есть ОРТ, другие каналы там зачастую не ловятся. Именно такие регионы дали подавляющее большинство голосов за <Единство> и Путина.

- Умение чувствовать настроение общества и выступать в унисон с ним - необходимая составляющая профессионализма на телевидении. Только поэтому ОРТ любят и смотрят, а вовсе не из-за <зоны охвата>. А что касается <предвыборного влияния>, то Путин должен быть благодарен не ОРТ, а своим родителям и самому себе. Он изначально обладал теми качествами, которые позволили ему быть выбранным большинством россиян. Для политика самое важное - соответствовать времени. Телевидение способно воздействовать на скорость процессов, но сами процессы имеют объективный характер.

- Категорически отрицаете роль ОРТ во всем произошедшем?

- Думаю, что телевидение сыграло роль важную, но не основополагающую.

- Что же случилось после выборов президента, что столь резко поменяло расстановку сил на ОРТ?

- А что поменялось, как вам кажется?

- Будете отвечать вопросом на вопрос?

- Когда варишься внутри, трудно понять, как это выглядит со стороны.

- Хорошо. Есть устойчивая точка зрения, что ОРТ был каналом Березовского, а теперь он избавился от влияния Бориса Абрамовича и перешел в полное ведение Кремля.

- Еще раз вопросом на вопрос. Как вам кажется, на протяжении предыдущих пяти лет, когда, как считается, каналом управлял Березовский, власть совсем не влияла на ОРТ, канал не делал то, что нужно власти?

- Сошлюсь на Ксению Пономареву, которая в нашем недавнем разговоре говорила, что в пору ее руководства существовала согласованная позиция частных акционеров и государства.

- Позиция государства при смене лидера страны изменилась, а позиция Березовского и осталась позицией Березовского. На этом и произошло расхождение. Кроме того, есть ряд юридических тонкостей. Борис Абрамович не выкупал канал в ходе приватизации, не выигрывал тендер, а получил его в управление по указу президента, который можно трактовать по-разному.

- <Телетраст> для вас большой <подарок>?

- Это хорошая пиаровская акция для Бориса Абрамовича. Но я достаточно реалистичный человек, чтобы понимать, что группа творческих работников имеет шанс договориться между собой еще меньший, чем группа бизнесменов. Специфика управления телевизионным каналом не допускает коллективного руководства.

- Говорят, что в сложившейся ситуации вас практически невозможно снять?

- Да, устав устроен так, что в конфликте владельцев ни одна из сторон не может прийти к консенсусу по кандидатуре на должность гендиректора самостоятельно. Знаете, как говорят, <и с вами плохо, и без вас невозможно>.

- Вы для себя определяли параметры: <Я работаю до тех пор, пока...>

- ... пока мне интересно, хватает сил и способностей.

- Вам кто-то может отдать распоряжение в приказательной форме?

- Приказывают в армии, а у нас служба гражданская.

- А вы своим сотрудникам приказываете?

- Да. Мы демократию защищаем, но не практикуем.

- В некоторых изданиях пишут, что с увольнением Кошкаревой и Нарзикулова и отстранением от эфира Доренко Березовский потерял последние рычаги влияния на ОРТ. Другие же считают, что это влияние сохраняется, пока на ОРТ остаются первый заместитель гендиректора Бадри Патаркацишвили, директор административно-юридической дирекции Мара Мартиросова и еще несколько человек.

- Газеты часто пишут о том, что знают плохо или не знают вообще.

- За счет чего живет сейчас ОРТ?

- Только за счет рекламы. Я полностью контролирую все рекламные поступления и расходы компании. На данный момент ОРТ финансирует себя только само.

- Вернусь опять-таки к распространенному мнению, что ОРТ всегда содержали частные акционеры, что Борис Абрамович финансировал ОРТ.

- Канал жил на рекламные деньги. Только до августа 1998-го реклама позволяла финансировать канал, а после дефолта это оказалось невозможным. Сегодня реклама покрывает чуть больше 60% затрат канала.

- А остальные 40% за счет чего?

- Пока нарастает долг. Если посчитать все долги по кредитам, Минсвязи, ВГТРКовским системам распространения, то набирается сумма около $175 млн. За счет рекламы мы не можем этот долг погасить.

- А за счет чего намерены гасить?

- Одни кредиты покрывать новыми кредитами. Это форма существования огромного числа компаний во всем мире.

- Пирамида с заведомо заложенным обвалом?

- Это не пирамида хотя бы потому, что рекламный рынок растет. С точки зрения финансового менеджмента я абсолютный реалист. Можно рассчитывать только на то, что заработаешь, и только под это брать кредиты. В 1999-м объем рекламы в расчете на все телевизионные компании был $120 млн, в этом году - $250 млн. В 1998 году, если бы не было дефолта, он мог достигнуть $750-800 млн. При существующей динамике роста к этому уровню рекламы мы можем подойти года через три. При рынке $800 млн ОРТ становится прибыльным каналом и со временем сможет рассчитаться по своим долгам.

- Почему ОРТ прижали полтора года назад и начали процедуру банкротства, а сейчас, когда долги нарастают, вас не трогают?

- Тогда были компании, которые подали в суд иск о признании ОРТ банкротом. Сейчас, слава богу, таких нет. Мы активно общаемся с кредиторами и обсуждаем с ними реалистичные схемы погашения наших долгов. Это задача менеджеров компании. Я хороший финансовый менеджер. У меня есть практика.

- Ситуация, когда на борт <Петра Великого> во время спасательной операции <Курска> была допущена съемочная группа только одного канала, вас не смущает?

- Когда затонула американская лодка <Трешер>, ни одна телекомпания США не была допущена на корабли, которые пытались прощупать лодку локаторами. Я считаю, что власть была излишне открыта со СМИ в этой ситуации, а СМИ адекватно эту открытость не смогли реализовать.

- Но даже среди сотрудников вашей компании ходили разговоры, что <Добродеев выбил у Путина разрешение, а Эрнст не смог...>

- Я считаю, что если пустили бы две компании, то тогда надо было бы пускать всех - и НТВ, и ТВЦ... А это превратило бы спасательную операцию в ТВ-шоу. И было принято вполне согласованное решение, что в зоне военно-спасательной операции должно работать на 100% государственное телевидение. А что касается разговоров <Добродеев добился, а Эрнст не смог>, то вам не кажется, что руководители каналов иногда должны мыслить категориями государственных интересов, а не только узких интересов своей компании?