Adams

(30.10.1735 - 4.7.1826)   Президент как гарант общественного равновесия  



  Стать преемником Вашингтона было достаточно тяжело. Для Джона Адамса особенно тяжело, не только потому, что со своей невысокой, пухленькой фигурой он казался намного менее "презентабельным", чем статный генерал, но и скорее потому, что пуританин из Новой Англии всем своим видом производил противоречивое впечатление, и более того, он интеллектуально представлял собой полную противоположность усиленному революцией стремлению американцев к равенству и демократии. Не подлежит сомнению, что Адамс принадлежал к способнейшим и морально безупречнейшим мужам поколения основателей. В отличие от практика Вашингтона, это был теоретик политики, который изучил великих авторов от Аристотеля до Монтескье и мог писать государственно-правовые трактаты на высоком уровне. Он полагал, что разгадал тайну политической науки, и определил ее понятием "равновесие" (баланс) и это понимание хотел применить на пользу союза. Демократия была для него лишь одной из многих величин в политическом равенстве. Также и в республиканском государстве она должна быть уравновешена аристократическим и монархическим элементом в форме сената и президентства. Без сомнения, многие образованные и состоятельные американцы думали так же, хотя и не столь систематично, как Адамс. На публике они держались обычно в стороне и предоставляли ему неблагодарную задачу проповедовать антиэлитарно настроенному населению необходимость, как он это называл, "естественной аристократии". Как президент Адамс действовал не без успеха, хотя историческое мнение о нем неизбежно определялось разногласием между его мировоззрением и общим климатом общественного мнения его времени.

  Для Джона Адамса президентство могло бы стать вершиной блестящей карьеры юриста, политика и дипломата. Вместо этого четыре года пребывания в высшей должности казались ему иногда кошмарным сном. Он боялся, что его заклеймят как неудачника. При его правлении страна впала в длительный внешнеполитический кризис, внутри страны конфликт между партиями принял почти параноидальные, истерические формы, и в конце избиратели отказали ему в доверии. Несмотря на это, Адамс был убежден в том, что действовал правильно в решающих моментах и принес необходимую жертву для общественного блага.

  Необузданное честолюбие и беззаветная самоотверженность являлись двумя сторонами одной и той же чрезвычайно сложной, противоречивой личности, какой она предстает перед нами из писем и, особенно, из дневников, которым Адамс, с пуританской непреклонностью, поверял свои мысли, желания, страхи и сомнения в самом себе. Джон Адамс, родившийся 30 октября 1735 года в семье фермера и уважаемого гражданина в Брейнтри штата Массачусетс, рос в сельской, но очень стремящейся к образованию семье. После учебы в Гарварде начал карьеру юриста и стал одним из виднейших адвокатов Бостона. В 1764 году женился на Абигейл Смит, уверенной в себе дочери пастора, интеллектуально не уступавшей ему. Думая о своей карьере, он сначала сдержанно участвовал в движении протеста против Англии. В 1770 году даже с успехом защищал британских солдат, обвиненных в учинении "резни" среди гражданского населения в Бостоне. Демонстрации с применением силы были так же противны ему, как и, с его точки зрения, неприемлемые правовые притязания английского парламента. Под влиянием двоюродного брата Сэмьюэла Адамса он примкнул к радикальному крылу "патриотов", но постоянно оставался поклонником "старой" английской конституции, которую высоко ценила оппозиция вигов в Англии. Как делегат Континентального конгресса энергично добивался независимости, и в Конгрессе конфедераций входил во все важные комиссии. В 1778 году впервые со своим сыном Джоном Куинси отправился с дипломатической миссией в Европу, где он, однако, стоял в тени Беиджамина Франклина. По возвращении в 1779 году разработал новую конституцию для штата Массачусетс, которая в ее основных чертах - сильная исполнительная власть, двухпалатная система и независимая юстиция - осуществляла его идеал смешанной и ограниченной формы правления. Известным стали его высказывание, что речь идет о создании "правления законов, а не мужей".

  Адамс был одним из трех американских делегатов, которые в 1782-83 гг. заключили мир с Англией в Париже, а в 1785 году он был назначен первым посланником Соединенных Штатов в Лондоне. Здесь он написал научный трактат о конституционных вопросах, который некоторые американские конституции штатов критиковали за неуравновешенность и "чрезмерный демократизм".. Его влияние на дебаты о конституции в 1787-88 гг. было невелико, но автору крепко досталось на родине от радикальных республиканцев. Интересно, что в частном порядке Адамс соглашался с антифедералистами в том, что новая федеральная конституция пренебрегает разделением власти, особенно между президентом и сенатом. Упрямство и легко возбудимый темперамент постоянно ввергали Адамса в затруднительные ситуации, но именно они делали его характер привлекательным. Просвещенному скептицизму в религиозных вопросах соответствовало в политической жизни почти мазохистское недоверие, постоянное чувство, что его могут ранить или с ним несправедливо обойдутся. При этом он так же жаждал общественного признания и славы, как его кальвинистские предки - спасения. Современники знали Адамса как узел противоречий, как человека, который может быть одновременно высокомерным и сомневающимся в себе, злопамятным и великодушным; несмотря на частые приступы пессимизма, сохранявшего глубокое чувство юмора.

  В 1788 году Адамс вернулся в Массачусетс, где его имя широко обсуждалось в связи с президентством. Себе он отвел мало шансов против Вашингтона и поэтому не был слишком разочарован, когда ему пришлось довольствоваться постом вице-президента. В этой функции он имел мало влияния, так как Вашингтон редко с ним советовался. Как президент сената имел решающий голос при равенстве голосов и использовал это в целом ряде случаев, и всегда в пользу укрепления федерального правительства и исполнительной власти. Кроме этого, он ассистировал президенту в случаях, предусмотренных протоколом, где привлекал всеобщее внимание, прежде всего своей одеждой - париком, мечом на поясе, штанами до колен и шелковыми чулками. Когда он в дебатах сената о титуле предложил обращаться к президенту "Его высочество"., его критики укрепились в подозрении, что Адамс (в шутку называемый "Его пухлость".) развращен долгим пребыванием при европейских дворах и - как выразился Джефферсон - был обращен в суеверие наследной монархии и аристократии. Адамс считал себя республиканцем, но не скрывал своего убеждения в том, что Соединенные Штаты в перспективе станут "монархической республикой"., как Англия. Неуважение к общественному мнению он доказал опубликованными в 1791 году "Размышлениями о Давиле"-,в которых резко критиковал французскую революцию, в то время как большинство американцев с энтузиазмом приветствовали ее. Тем самым он потерял последние симпатии республиканцев и дружбу Джефферсона. В северных штатах его еще уважали, и в 1792 году он был вновь утвержден на своем посту, завоевав второе место по количеству отданных за него голосов.

  В последующее время Адамс рассматривал вице-президентство ("самый незначительный пост, придуманный когда-либо") как ожидание высочайшей чести. Когда в конце 1795 года Вашингтон дал понять, что не будет выставлять свою кандидатуру на пост президента, депутаты-федералисты Конгресса сошлись на Адамсе как на преемнике. Предвыборной борьбой 1796 года, проводившейся в 16 штатах (Кентукки, Теннесси и Вермонт также принадлежали уже к союзу), началась новая стадия развития американской партийной системы. Федералисты и республиканцы действовали как тесно сплоченная коалиция экономических, региональных, этнических группировок, которые сильно отличались друг от друга по идеологии и программам. Республиканцы выставили кандидатами Джефферсона и Эрона Бурра и мобилизовали сначала -"простых американцев"., ремесленников, фермеров и переселенцев. Их пресса атаковала Адамса как монархиста, приверженца Англии, который хочет уничтожить завоевания революции. В данных обстоятельствах исход был неясен, тем более, что ведущие федералисты сомневались в пригодности Адамса, известного своим тщеславием и раздражительностью. В действительности Адамс с трудом взял верх над Джефферсоном, которому для победы хватило бы всего два дополнительных голоса. Тот факт, что соперник президента стал вице-президентом, показывает, как мало отцы конституции считались с национальными партиями. Джефферсон не воспринял пост серьезно и уединился в своем поместье Монтичелло. В 1804 году 12-я поправка, предписывающая отдельные голосования за президента и вице-президента, приняла в расчет изменившиеся внутриполитические условия.

  На введении в должность 4 марта 1797 года Адамс обещал последовательность и примирение. Демонстрируя уважение к предшественнику, полностью сохранил последний, скорее посредственный, кабинет Вашингтона. Позже он назвал этот шаг самой большой ошибкой, так как слишком поздно понял, что большинство министров было менее лояльно к нему, чем к Александеру Гамильтону, который из своей адвокатской конторы в Нью-Йорке пытался удерживать бразды правления. Как и Вашингтон, Адамс видел себя президентом, который один заботится об общем благе и стоит над партиями и фракциями. Для этого он разработал очень специфическую концепцию президентства, которую начал осуществлять. С его точки зрения президент должен нести главную ответственность за стабильность всего государственного строя, выступая - в зависимости от того, откуда наибольшая опасность - или против склонных к иррациональности народных масс, или против одержимой властью и богатством элиты. Из этого представления о президенте как о независимом посреднике между значительными социальными силами получилась для практики правления удивительная смесь расцвета власти и пассивности. У Адамса, собственно, не было никакой программы, которую он должен был бы осуществлять. Поэтому он ничего не находил в том, что добрую половину года проводил в Массачусетсе вдали от столицы Филадельфии. С другой стороны, он мог решать вопросы быстро и решительно, если полагал, что равновесию угрожает опасность.

  Адамс не особенно интересовался экономическими вопросами, тем более, что, по его мнению, чрезмерное благополучие подрывало республиканские нравственные устои. В инаугурационной речи он обозначил обеспечение американского нейтралитета своей основной задачей. Внешняя политика сразу же выдвинулась на передний план, так как договор Джея хотя и обеспечил мир с Англией, зато с осени 1796 года быстро ухудшились отношения с Францией. После одностороннего расторжения альянса 1778 года она перешла к тому, чтобы серьезно препятствовать американской торговле на Карибском море и в Атлантике. Из-за этого разразилась необъявленная война на море, которая все больше волновала души американцев. В мае 1797 года президент решил, несмотря на оппозицию экстремистских федералистов, отправить в Париж трех посланников по особым делам, которые должны были в стиле миссии Джея искать решения путем переговоров. Только шесть месяцев спустя после их отъезда в Филадельфию поступило сообщение от делегации: согласно ему министр иностранных дел Талейран информировал американских дипломатов через посредников, что переговоры будут возможны только: если ему вручат солидную денежную сумму, если США предоставят Франции кредит и если президент извинится за враждебные Франции высказывания. Инцидент вошел в историю как "Афера XYZ"., потому что Адамс приказал заменить в затребованном Конгрессом сообщении имена посредников буквами.

  Требования Талейрана вызвали в Америке справедливое возмущение, которое еще больше раздувалось федералистами, а какое-то время и Адамсом, чтобы разжечь военное настроение, начать вооружение и ослабить внутриполитического врага. В Конгрессе федералистское большинство настояло на строительстве военных кораблей, создании министерства военно-морского флота и повышении необходимых для этого налогов. Более того, летом 1798 года Конгресс издал Акты об иностранцах и подрывной деятельности, четыре закона, которые затрудняли переселенцам приобретение гражданства и политическую деятельность (это было направлено, прежде всего, против французов и враждебных Англии ирландцев) и запрещали под страхом наказания общественную критику правительства и президента (этим хотели заставить замолчать яростную партийную прессу республиканцев). Адамс не был инициатором этих репрессивных законов, однако подписал их и исполнял, хотя и не так последовательно и жестко. Внешняя угроза и внутренний конфликт были взаимосвязаны: федералисты упрекали своих противников в союзе с Францией, а республиканцы, имевшие оплот на юге, провозгласили в случае войны сопротивление, вплоть до отделения.

  Чем дольше длился кризис, тем больше президент сомневался в правильности курса. Этому способствовало разногласие по поводу командования армией, которое закончилось тем, что против своей воли он признал Гамильтона вторым, после Вашингтона, офицером. Он подозревал Гамильтона в желании вовлечь его в военную авантюру, чтобы удовлетворить свое честолюбие и осуществить завоевательские планы в Луизиане и Флориде. Психически надломленный болезнью своей жены - Абигейл не нравилась "блестящая нищета президентства"., как она это называла, и она часто оставалась в Массачусетсе, он все больше ощущал себя окруженным врагами. Поэтому он почувствовал облегчение, когда с осени 1798 года через дипломатические и неофициальные каналы начали поступать мирные сигналы французов. Не советуясь со своим кабинетом, он сообщил Конгрессу 18 февраля 1799 года, что намерен послать в Париж новую делегацию для переговоров. Несмотря на резкие протесты радикальных федералистов - они упрекнули его в нерешительности, трусости и предательстве, речь шла даже об умственном помешательстве, твердо отстаивал свое решение. Чтобы сломить сопротивление федералистских сенаторов мирной миссии, пригрозил даже отставкой, которая способствовала бы его заклятому врагу Джефферсону добиться президентства. Военная истерия скоро затихла, хотя начало переговоров затянулось на долгие месяцы. В октябре 1800 года был подписан выгодный для США договор с наполеоновской Францией, который сенат ратифицировал еще при Адамсе.

  Адамсу, возможно, казалось, что он, в соответствии со своей теорией, сначала предотвратил с помощью Актов об иностранцах и подрывной деятельности "господство черни", а потом, с помощью единоличного решения в конфликте с Францией, поставил на место высокомерную, манипулируемую Гамильтоном -"денежную аристократию".. Но эта "классическая". точка зрения уже не соответствовала политической и общественной реальностям Соединенных Штатов на рубеже XIX века. Адамс избавил свою страну от войны, но сидел теперь между всеми стульями, и перспектива быть избранным еще раз практически разрушилась. Правда, собрание федералистских депутатов Конгресса поддержало в конце 1799 года его заявление, но раскол партии еще более углубился, когда Адамс вышвырнул из кабинета последователей Гамильтона - это был последний удар, нанесенный человеку, которого он в порыве своей несдержанности назвал "беспринципным интриганом". и "иностранным бастардом", и в котором Абигейл видела "второго Бонапарта".. После этого Адамс почувствовал себя достаточно свободным, чтобы помиловать фермера Джона Фриса, который как предводитель небольшого восстания, направленного против налогов, был приговорен к смерти и которого сторонники Гамильтона хотели наказать в назидание другим. Гамильтон взял реванш, публично заявив в предвыборной борьбе о неспособности Адамса быть президентом. Это беспримерное оскорбление повредило ему не меньше, чем Адамсу, который на выборах ненамного отставал от республиканских кандидатов Джефферсона и Бурра. Адамс с уважением отнесся к результатам выборов и отверг замечание о том, что нужно силой препятствовать передаче власти республиканцам.

  Последние месяцы своего президентства Адамс провел в Вашингтоне, куда согласно -закону о столице от 1790 года правительство переехало весной 1800 года. Переезд был достаточно легким, так как все документы всех министерств поместились в семи больших ящиках. Абигейл была "первой леди" в президентском дворце, который она критиковала как слишком большой, плохо обставленный, недостаточно освещенный и плохо отапливаемый . Ее муж просил благословения неба для этого дома и молился о том, чтобы "только честные и мудрые мужи могли править под этой крышей".. Адамс позаботился о почве для будущих конфликтов, назначив федералистов на многочисленные должности судей, эти должности были созданы согласно закону, изданному Конгрессом. Без сомнения, самым важным было решение назначить Верховным федеральным судьей своего последнего министра иностранных дел Джона Маршалла, потому что оно еще долго сказывалось на усилении федерального правительства и исполнительной власти. 4 марта 1801 года, за несколько часов до введения Джефферсона в должность, Адамс, первый президент, который не был избран на второй срок, незаметно покинул столицу в направлении Новой Англии.

  В 65 лет экс-президент чувствовал себя слишком старым и слабым, чтобы вернуться на поприще адвоката или начать новую службу. Он прожил еще 25 лет как старейший государственный деятель в Куинси под Бостоном, у него было много свободного времени, чтобы задуматься о своем опыте, американской революции и ходе истории в целом. Эти размышления достигли литературно-философского качества в интенсивной переписке, которую он в 1811 году начал со своим бывшим антагонистом Джефферсоном и которая помогла ему преодолеть горечь поражения. После того как его сын Джон Куинси Адамс был избран в 1824 году президентом, он умер 4 июля 1826 года, в день 50-летия Декларации независимости, за несколько часов до Джефферсона. Это удивительное совпадение очень содействовало укреплению мифа об "отцах-основателях" и усилению веры в направляющую руку "провидения".. Сегодня Джон Адамс считается по праву значительным государственным деятелем, но эта оценка основывается на достижениях всей его жизни, а не на президентстве в первую очередь, давшем мало новых импульсов "американскому эксперименту".