Шукшина Мария

, актриса , дочь известной актрисы Лидии Федосеевой-Шукшиной и актера и писателя Василия Шукшина

( .... )
Россия
Карьера Марии Шукшиной была определена чуть ли не с пеленок. Впервые она появилась на экране, когда ей было полтора года. Василий Шукшин снял ее в своей картине "Странные люди". Немного позже симпатичную девчушку увидели в "Печках-лавочках". После школы Маша не бросилась ни во ВГИК, ни в театральный институт, она поступила в иняз и благополучно закончила переводческий факультет. Работу выбрала вполне современную - переводчица и брокер Российской сырьевой биржи. Брокерский путь был недолгим. Гены взяли свое - она стала актрисой. Петр Тодоровский снял ее в своем фильме "Какая чудная игра". После картины К. Шахназарова "Американская дочь" к ней пришла известность. А потом, неожиданно для многих, она стала ведущей телепрограммы "Жди меня".  

Автор: Елена Владимирова

Сайт: Алфавит (газета)

Статья: Искательница



- Маша, как вы оказались на телевидении в роли ведущей?

- Я почти одновременно получила предложение сразу от двух каналов - НТВ и ОРТ. На НТВ меня пригласили на пробы для ток-шоу "Двое". А потом утвердили ведущей вместе с Сидихиным. Буквально тут же поступило приглашение от ОРТ. Несколько дней я мучилась, не могла сделать выбор. В конце концов предпочла ОРТ. Решающую роль сыграло то, что туда меня брали без всяких проб. Всегда подкупает, когда в тебя верят.

- Ваша передача, конечно же, делает очень нужное дело, но возникает вот какая проблема. На экране иногда совершенно душераздирающие сцены, люди не могут сдержать слез, и возникает ощущение неловкости от того, что мы со стороны наблюдаем очень интимный момент, вовсе не рассчитанный на зрителей. Неужели у вас не возникает такого чувства?

- Ни разу не возникало. Наоборот, я счастлива, что мы помогаем людям. Ведь они приходят к нам после того, как испробовали все. Мы - их последняя надежда. Я знаю, что многие нам не верят. Думают, что все эти встречи в студии нами устроены заранее, специально и даже отрепетированы. На самом деле люди, которые приходят к нам, не знают, что их близких нашли и им предстоит долгожданная встреча. Они же не актеры, с ними нельзя сделать дубль. У нас дежурит специальный человек - строго следит, чтобы до эфира они ни в коем случае не встретились. Количество людей, обращающихся в нашу программу, невозможно подсчитать. Сейчас у нас около 200 000 писем. Их разбирают буквально круглосуточно.

- А как вы ведете розыск? Почему именно вам удается то, что не удавалось сделать раньше?

- У нас есть своя группа поиска, но она, конечно, не справилась бы со своей задачей без огромной армии добровольных помощников. Абсолютно бескорыстно нам помогают два детективных агентства, местные средства массовой информации, множество частных лиц.

- К вам часто приходят дети, которые ищут своих родителей. Для вас это дополнительные трудности или со взрослыми бывает сложнее?

- Психологически для меня самое сложное - общение с детьми. Когда на подиум выходит маленький ребенок и к нему в слезах бросается мать, спокойно это наблюдать я просто не могу. Понимаю, что плакать на съемке нельзя, но был случай, когда я не сдержалась и чуть не сорвала съемку. История почти детективная. Родители с девятимесячным ребенком ехали в поезде. По дороге они поссорились, на остановке отец схватил ребенка и убежал. Мать безуспешно пыталась найти его полтора года. Наконец, написала нам. И тут оказалось, что и ее бывший муж обратился к нам с такой же просьбой. Выяснилось, что на станции ему стало плохо, его увезла "скорая". Он передал ребенка случайной попутчице. Мы ее разыскали и узнали, что она оставила мальчика на вокзале, просто положив на подоконник. Ребенка обнаружили сотрудники милиции, передали в детский дом, и кто-то уже собирался его усыновить. Мы успели его найти буквально за пару дней до усыновления, если бы этого не произошло, родители не нашли бы его никогда.

В студию вместе с матерью пришли воспитатель детского дома и юрист. Матери показали фотографии нескольких детей. Важно было, узнает ли она своего ребенка. В этом возрасте дети очень быстро меняются, тут больше года прошло. Она рассматривала эти фотографии минут десять. Напряжение было страшное. Но она узнала. Тогда на подиум вывели чудного двухлетнего малыша, безумно похожего на моего собственного сына Макарика. Тут меня заколотило. Я зарыдала и выбежала из студии.

- Может быть, это случилось еще и потому, что вы сами пережили нечто подобное, когда ваш муж пытался похитить маленького Макара?

- Да, мне с трудом удалось вернуть сына. Вообще же подобных ситуаций в семьях, к сожалению, очень много.

- Вы испытываете на съемках такое эмоциональное напряжение, а успокоительные средства не пробовали применять?

- Однажды попробовала принимать заранее валерьянку, но возникло какое-то заторможенное состояние. Это мешало работе. Один раз перед съемкой с разрешения режиссера выпила коньяка. Стала чуть спокойнее, но возникли сложности с текстом. Поняла: это тоже не выход. Что делать, вот за границей ведущие гораздо более отстраненные. Мы же все пропускаем через себя. Может быть, это наша национальная черта, но думаю, что именно она во многом определяет успех передачи.

- А случались какие-нибудь необычные истории?

- Был смешной случай. К нам пришла девушка, которая разыскивала своего знакомого. Они познакомились в автобусе. Пока ехали, решили пожениться. Вышли, а тут вдруг появился ее бывший муж. Новый знакомый убежал, успев на ходу крикнуть: "Я тебя найду!" Он ее так и не разыскал, тогда она пришла к нам. Этого молодого человека мы нашли. Они встретились.

Прошло какое-то время, и выяснилось, что теперь уже их обоих разыскивает милиция. Оказалось, они зашли к каким-то знакомым, накачали их клофелином и вынесли из квартиры все, что можно. Получилось, что мы свели жуликов. К счастью, пока этот случай в нашей практике единственный.

- Часто люди обращаются к вам с просьбой найти своих бывших возлюбленных. Но неужели никто не предполагает, что через много лет их может ждать разочарование?

- Конечно, бывают всякие ситуации. Иногда тот, кого ищут, вовсе не хочет быть найденным. У человека может быть семья, дети. Бывает, что люди, которых мы нашли, отказываются приезжать. Иногда это выясняется перед самой съемкой, иногда уже во время съемки мне об этом сообщает режиссер. Всякое бывает. Как-то к нам обратился пожилой человек с просьбой найти его первую любовь, с которой он не виделся уже 40 лет. Мы ее нашли, но она не смогла приехать. Он очень расстроился, решил, что она не хочет его видеть. Тогда прямо в кадре он попросил найти своего друга. И оказалось, что координаты этого человека есть в нашей базе данных. Мы позвонили ему прямо в эфире. Это была полная неожиданность и для него, и для нас.

- Неожиданности бывают часто?

- В одной из последних программ девушка просила разыскать своего знакомого. Она сообщила только его имя и еще то, что у него какой-то необычный нос. Весь разговор в студии почему-то крутился вокруг этого носа. Вдруг я слышу в наушнике голос режиссера: "Прекратите эти разговоры. Если еще раз скажете про нос, человек в студию не выйдет". Мы сразу же переключились, но он все равно не вышел на публику, хотя девушка очень хотела его встретить. Никто его так и не видел, и я в том числе. Комплексы ведь бывают у многих. Я в этом смысле тоже не исключение. Раньше очень переживала из-за своего роста и до сих пор не хожу на каблуках. Может быть, конечно, мы в чем-то и виноваты перед ним, в таком случае я хочу попросить у него прощения. И все же я бы пожелала ему относиться к этой проблеме с юмором. Ведь девушке-то он очень понравился, и никто из нас не хотел его обидеть.

- В одном из интервью Игорь Кваша рассказывал, что ему в поисках какого-то мальчика пришлось встречаться даже с бомжами. Но ведь поисками у вас занимается специальная группа, а не ведущие. Это было рассказано не для красного словца?

- Конечно, у ведущих иная роль. Но и мы тоже помогаем в поиске. Поскольку я сама молодая мама, мне приходится иногда ездить в детские дома, чтобы помочь детям-подкидышам найти родителей. Это очень тяжело выдержать. Детишки виснут на мне, просят остаться с ними. Несколько дней после такого визита не могу прийти в себя, не могу забыть их лиц. Но, к счастью, часто нам удается помочь им, и это искупает мои муки.

А Игорю Владимировичу на самом деле пришлось общаться с бомжами. Мы искали мальчика, который то ли потерялся, то ли ушел из дома. Чтобы его найти, мы подключили к поиску бомжей. Кто-то вроде бы видел, как этот мальчик просил милостыню, вот и пришлось прибегнуть к такой агентуре. Игорю Владимировичу пришлось даже выпить с ними водки. В конце концов мальчика нашли.

- То есть вы на все готовы пойти, чтобы найти потерявшихся детей?

- Я бы, наверное, не решилась на такой шаг, хотя понимаю, что через многое надо пройти, чтобы действительно помочь людям. Наш главный редактор Сергей Кушнерев все время придумывает что-то новое. Сейчас договорились со спичечной фабрикой насчет выпуска спичечных коробков с портретами пропавших детей. Эти спички будут продавать в том городе, где пропали дети.

- Ваш продюсер рассказывал, что вы помогаете не только нашим соотечественникам?

- К нам действительно часто обращаются из-за границы. Как-то женщина, попавшая во Францию маленькой девочкой, попросила найти ее родных. Один эмигрант из Америки искал свою первую любовь, с которой он расстался четверть века тому назад. Мы ее нашли, и он специально приехал из Америки, чтобы встретиться с ней. Молодой американец нашел в Интернете данные девушки, которая ему понравилась, но потом он потерял ее - видимо, она сменила адрес, телефон. Он приехал к нам, чтобы рассказать о своей ситуации. На его запрос откликнулись пятьдесят девушек. Причем, что интересно, у многих были совершенно другие имена.

- Как-то все у вас гладко на словах получается. Неужели не случалось никаких ошибок? Не бывало так, что вы нашли человека, а он оказывался совсем не тем, кого искали?

- Бывало и так. Но надеюсь, что никто на нас не обиделся. Однажды молодой человек искал свою знакомую, на эфир пришли сразу три девушки, и оказалось, что "нужной" среди них нет. Правда, уже после передачи мы узнали, что одну из них он все-таки признал.

- Не секрет, что большинство наших телевизионных программ сделаны по иностранным лицензиям. Правда ли, что на сей раз американцы хотят купить лицензию на вашу программу?

- Действительно, когда сюжеты из нашей программы показали по Би-би-си и Си-эн-эн, одна американская компания нам предложила продать лицензию. Но, честно говоря, я не знаю, чем это закончилось.

- По вашему рассказу получается, нелегкое это дело. Вы не жалеете, что согласились работать в программе?

- Нет, хотя морально бывает очень тяжело. Столько горя приходится наблюдать. Зато я чувствую и очень большую отдачу. Наша передача действительно народная. Конечно, хотелось бы, чтобы в ней было больше смеха, а не слез. Но пока выходит так, как выходит. Тут ничего нельзя спланировать.