Шилов

(р. 6 октября 1943)   Строго говоря, живого классика советского и российского реализма, народного художника СССР Александра Шилова никак не отнесешь к числу заядлых и страстных путешественников. Александр Максович всегда остается верен себе: он - художник, а значит, его место прежде всего у мольберта. И все-таки, как выяснилось, и у больших живописцев есть свои слабости и пристрастия. Такой слабостью и вечной страстью остается для Шилова страна Италия, которую он, как заправский паломник, посещает исправно два раза в год.  

  ВЕХИ СЛАВНОЙ БИОГРАФИИ

  Будущий мастер реалистического портрета Саша Шилов родился в суровом 1943 году в обыкновенном доме в самом центре Москвы. Лихов переулок, где прошло босоногое детство художника, выходит на Садовое кольцо напротив образцовского Театра кукол.

  Но будущему художнику было не до марионеток. Рано лишившийся отца, он жил с мамой, братом и сестрой в беспросветной нищете, и единственной отдушиной, "лучом света" были для него занятия в изостудии районного Дворца пионеров. Уже в шестнадцать лет мастер "пошел в люди". Он грузил мебель на мебельной фабрике, ткани на швейной, ящики с вином на заводе "Молдаввино" (это возле Цирка на Цветном бульваре).

  Но Шилов не был бы Шиловым, если бы не преодолел все трудности и не поступил в Суриковское училище. Именно здесь расцвел талант портретиста, который воплотился в его дипломных портретах Гагарина, Николаева, Севостьянова и других героев эпохи завоевания космоса. Эту галерею заметил Ленинский комсомол, вручивший выпускнику Шилову одноименную премию.

  Но настоящая слава пришла к нему после известной выставки, состоявшейся в зале на улице Горького в 1981 году. Тогда, обласканный главным партийным идеологом М. А. Сусловым, Шилов получил звание Народного художника России, а затем и СССР. Сейчас он еще и член Академии художеств РФ и кавалер ордена "За заслуги перед Отечеством". А где-то в далеком космосе светит названная именем Шилова звезда.

  - Александр Максович, говорят, что вашей необыкновенной любви к Италии уже очень много лет? Говорят также, что и первое в вашей жизни заграничное путешествие было именно в Италию?

  - Это не совсем так. Об Италии я действительно мечтал с детства, но первое мое путешествие за границу было в Болгарию. В коммунистические времена так было принято: человека сначала посылали в социалистическую страну - на апробацию, а уже потом, если он вел себя хорошо, разрешали ехать в страну капитала. Так что в Италию я попал уже после Болгарии, а попав, был просто ошарашен.

  - Видимо, было чем. Что же вы там такое увидели, что делали?

  - Я изучал произведения классического искусства, написал несколько пейзажей во Флоренции и Риме. С тех пор, хотя и бывал во многих странах, Италия остается для меня самой удивительной и грандиозной - страной моей души и сердца. Я всматриваюсь в нее и буквально млею, и езжу туда обязательно два раза в год - смотреть и вдохновляться. Мне все там дорого. Даже обшарпанные, казалось бы, венецианские дома и то необычайно красивы и живописны.

  - А сейчас, приезжая в Италию, вы работаете?

  - К сожалению, нет. Я стесняюсь писать на улице. Хотя, честно говоря, очень хочется, но что делать: я так устроен, нигде работать на улице не могу, даже у нас в России.

  - Вы один из лучших в мире портретистов. Вы и за границей, наверное, писали портреты?

  - Да. Во Франции я много работал, особенно в те годы, когда денег вывозить разрешали мало. Ведь заработать всегда хочется... Французы обычно удивлялись, как это в России удалось выжить реалистическому искусству. У них же благодаря пропаганде процветает один авангард. Но людей все равно влечет к реализму. Кстати, всех, и не только во Франции, но и в Португалии, и в Японии, и в Канаде... Это я видел везде, куда приезжал с персональными выставками.

  - А как к вам относились французские, португальские, канадские художники?

  - Да там нет художников! Художники есть только в России. Россия - единственная страна, которая выше всех в отношении искусства: и в музыке, и в живописи, абсолютно во всем.

  - Многим русским художникам, которые, как и вы, приезжали в Италию учиться классическому искусству, позировали итальянки, Брюллову например, а вам?

  - Я разочаровался в итальянках. Они все страшные. Я, когда ехал в Италию в первый раз, надеялся найти там именно брюлловскую женщину: красивую, пышнотелую, но ни одну не нашел. Хотя дети там очень красивые и старики.

  - То есть вообще итальянцы вам нравятся...

  - Да. Хотя они и вруны, и обманщики, но они больше всего напоминают мне русских - такие же открытые. Среди них жить хочется. Хотя иногда посмотришь на современную Италию и подумаешь: ну неужели вот этот народ мог создать великое искусство Возрождения? Просто не верится, настолько изменился человеческий дух, поменялись идеология и нравственность. Такое происходит не только в Италии, но и во всем мире.

  - Судя по емкости ваших характеристик, вы любите изучать человеческую натуру. Вам много приходилось общаться с местными жителями?

  - К сожалению, меня очень сковывает незнание языка. Я даже чувствую себя ущербным. В свое время немецкий изучал: кое-как объясняюсь, но это так, не считается. Терпения хватает только на то, чтобы заниматься искусством.

  - А чем вы обычно любите заниматься, когда приезжаете за границу?

  - Хочется смотреть на искусство, на красоту. Я люблю ходить. Даже в Москве я люблю ходить по улицам, по старым переулкам. Я люблю бывать там, где есть искусство, вечная красота, которая не зависит ни от моды, ни от чего.

  - Итак, Европа, Италия - "одна, но пламенная страсть". А вам никогда не хотелось погрузиться в экзотику?

  - Я вам отвечу откровенно. Я был на Востоке, в Южной Корее, писал портреты президента и его супруги. Я жил там сорок дней и чуть не сошел с ума от тоски. А что вы думаете? Там же делать нечего. Пойти некуда: западноевропейского искусства нет. Конечно, в Корее есть прикладное искусство, и по-своему цельное и красивое, но оно моего сердца не трогает! И куда мне прикажете идти? Вечером, после работы, из дворца? Предположим, я могу пойти гулять в парк, но сколько же можно там гулять? Для меня там, где нет искусства, там и страны нет.

  - Может это, так сказать, корейская специфика?

  - Бывал я и в Японии. И там - то же самое. Повеситься можно! Но опять-таки я говорю только о собственных ощущениях. Для меня лучше десять раз съездить в Европу, во Францию, Голландию или Италию, чем побывать в Японии или Корее, хотя я уважаю все страны.
  Вот Индия, я думаю, это другое дело, мне было бы там интересно. Просто, знаете, я не люблю на самолете долго лететь. А так мне очень нравится индийский народ: он такой выразительный и красивый, особенно женщины.
  Там они вообще очень женственные, наряды у них шикарные, в них есть то, что и должно быть, на мой взгляд, в женщине: мягкость, изящество, грация. И очень выразительные глаза - как маслины. Индия меня очень привлекает, и в последнее время у меня даже появилось желание поехать туда и написать портреты индийских женщин и стариков.

  - Ну, наверное, не одни только индианки так красивы. Вас как маститого портретиста должны, верно, привлекать все женщины Востока?

  - Нет, в Индии есть что-то особое. Я был и в Кувейте с выставкой, и в Арабских Эмиратах, там очень много выразительных лиц, но это все не то, другое. Зато какое там море... У меня в январе была выставка в Эмиратах. Я жил в 50 метрах от Персидского залива и, знаете, испытал большое наслаждение. Здесь зима, а там более 30 градусов тепла, перламутровый песок и потрясающее лазурное море. Персидский залив, изумительный по красоте. Изумительный! Я в Эмиратах прожил месяц, и хотя иногда бывало скучновато, потрясающие виды и море меня вдохновляли.

  - Александр Максович, вы - известный трудоголик, что и выражается в огромном количестве написанных работ. Но хотелось бы узнать, что вы любите делать в свободное от творческого процесса время. У вас же есть свои увлечения, хобби...

  - Вообще, я обожаю ходить по рынкам, и особенно в арабских странах. Там шикарные рынки! Но я и в Москве, кстати, рынки люблю: такие типажи, что с ума сойти можно. На рынке можно почувствовать историю и душу народа. У меня голова там сразу отключается: все мои волнения, тревоги - все куда-то уходит.

  - Вы туда ходите покупать или только смотреть?

  - Главным образом мне нравится просто смотреть. Ну и, конечно, если что-то приглянулось, я покупаю. Я обожаю барахолки. В Италии и Франции на этих барахолках можно, грубо говоря, купить все - начиная от спальни Наполеона. Там вся история лежит перед вами: часы, бронза, картины, подделки, кто-то обманывает, кто-то что-то предлагает. Идет настоящая боевая жизнь, без подмеса.

  - С вашим изысканным вкусом наверняка присмотрели и себе что-нибудь эдакое?

  - Из Франции, например, в 1981 году, когда у меня была там выставка, я привез двое каминных часов. Написал портреты, подзаработал и купил часы.

  - Вы вообще рисковый человек? Ну смогли бы, например, запросто так сесть в машину в Москве и в конце концов очутиться где-нибудь в своей любимой Италии?

  - Нет. Это же надо знать дороги, надо быть профессионалом, это все очень большие заботы. Лучше уж я на самолете, хотя терпеть не могу далеко летать.

  - А на поезде? Никогда не хотелось не спеша и основательно куда-нибудь съездить, рассматривая пейзажи за окном?

  - Тоже нет. Хотя в первый раз в Италию я добирался как раз на поезде, ехал трое суток: через Польшу и Югославию. Но это очень утомительно, а я по натуре человек нетерпеливый, долго сидеть на одном месте не могу, начинаю нервничать, надоедает. Я и за мольбертом-то с трудом сижу.

  - Как же вы пишете?

  - Вот так сижу и пишу, потому что такая большая любовь к искусству.

  - И что же, вы целый день сидите за мольбертом?

  - Работаю, пока есть силы. А потом иду гулять, люблю пройтись по антикварным магазинам, по старым улицам.

  - Вы настолько знамениты на родине, что и погулять в одиночестве, по-видимому, не получается, все время узнают?

  - Ну и что? Мне это не мешает. Подходят, просят автограф. Это и есть признание. Это великий главный стимул!




Автор: беседовала Лилия БАЙРАМОВА
Исходный текст: журнал "Вояж" No.8(48), август 2000.