Nikolay Mariya

( .... )
ПЕРЕЖИВ войну и смерть близких, лишившись глаза, баба Маша из поселка Яя Кемеровской области не утратила оптимизма и на 102-м году жизни нашла себе жениха. Эта романтическая история почище любого мексиканского телесериала.  

Автор: Гульсара МИХАЙЛИНА

Сайт: Аргументы И Факты

Статья: Под венец — в 100 лет!



РОДИЛАСЬ Мария Короленко в 1901 г. на Украине. До войны семья жила в Киеве. Отец работал машинистом на железной дороге, мать вела хозяйство, растила восьмерых детей. Маша с детства мечтала лечить людей, поэтому после школы поступила в городское медицинское училище. Закончила его и до самой войны работала в больнице. Вот только любовь свою найти не могла.

18 девчат

КОГДА Маша узнала о нападении фашистов, долго раздумывать не стала — ушла на фронт 25 июля 1941-го. Сколько крови, боли и страданий ждало ее впереди! Особенно хорошо запомнилась ей первая встреча с военной действительностью.

— Высадили нас из эшелона, 280 медицинских работников, в чистом поле. А команды никакой не дали. Стоим, не знаем, куда податься. И тут вдруг самолеты вражеские налетели и начали бомбить. Земля из-под ног уходила, от взрывов неба не было видно. А когда все утихло, оказалось, что в живых нас осталось всего восемнадцать девчат.

После этого Маша попала в одну часть с подругой и прошла с ней почти всю войну, выхаживая в госпиталях раненых. И даже в разведку ходила наравне с мужчинами — брала «языков».

Война оставила отметину не только в душе, но и на теле бабы Маши. Это случилось в Берлине, через несколько дней после Победы. В городе было неспокойно, часто вспыхивали перестрелки. Мария Федоровна перевязывала раненного в ногу совсем еще молодого парня. Он-то и заметил затаившегося за развалинами немца, который вскинул руку с гранатой. В какую-то долю секунды раненый опрокинул медсестру на землю, накрыл ее своим телом. Граната взорвалась рядом, боец погиб, а Марию Федоровну ранило в голову, она лишилась глаза. Так в санитарном эшелоне она оказалась в Сибири, в маленьком шахтерском городке Анжеро-Судженске. После лечения к себе, на Украину, возвращаться не стала. Не к кому было — война унесла жизни всех ее родных.

Устроилась на шахту медсестрой, получила комнату в общежитии. Здесь Мария Федоровна и встретила своего первого мужа. Все было просто, без намека на романтику. Познакомил их бригадир смены. Привел к ней однажды своего друга, тоже шахтера. Сказал: «Бьетесь вы каждый поодиночке, а вместе все же веселей. Совет вам да любовь!» У мужа оказалось двое маленьких сыновей, которых нужно было поднимать. Сошлись тихо, без особых торжеств — в загсе расписались, и все. Но жили дружно. Зарплата медсестры была крошечной, поэтому, посовещавшись с мужем, Мария Федоровна прошла курсы машинистов и стала работать вместе с мужчинами под землей — возить вагонетки.

Шли годы. Супруги не заметили, как выросли дети. Сыновья пошли по стопам отца и, закончив профтехучилище, тоже устроились на шахту. И однажды к Марии Федоровне пришла страшная весть: в забое произошел взрыв, и погибла вся смена. Смена, в которой работали муж и сыновья. Так она снова осталась одна…

Вскоре Мария Федоровна вышла на пенсию. Дни потянулись серые, беспросветные. Посидит в гостях у соседки, повздыхает, да и вернется к себе в однокомнатную квартиру. И не думала не гадала баба Маша, что судьба приготовила ей неожиданный сюрприз.

Курортный роман

ВСТРЕТИЛИСЬ они, два одиноких фронтовика, ветерана труда, в доме отдыха Антоновского рудника, что находится вблизи соседнего райцентра — поселка Яя. 88-летний Николай Григорьевич несколько лет как овдовел. Тоскливо ему жилось с тех пор. Хоть и дети были рядом и не забывали о нем, да все равно как-то пусто на душе. С первых дней заприметил он словоохотливую, задорную и, казалось, никогда не унывающую старушку. И действительно, оказавшись среди отдыхающих, Мария Федоровна как будто вновь расцвела.

Николай Григорьевич при ней словно оживал, держался прямее и даже ростом как будто становился выше. Их милому воркованию не было конца, а разницу в возрасте (он младше ее на 13 лет) они словно не замечали. Но вот путевка закончилась, и влюбленные разъехались по домам. С тех пор в доме Наумовых только и было разговору, что о новой знакомой главы семейства. Родные, слушая его, удивлялись: ну прямо-таки настоящий «курортный роман» с продолжением!

Сначала надеялись — со временем чувства остынут и дед угомонится. Да где там! Каждый день одно и то же: сосватайте мне бабку, с ней веселее жить будет! Дети собрались на семейный совет, посоветовались и приняли решение устроить невесте смотрины. Все честь по чести. Известили бабу Машу да и приехали к ней в Анжеро-Судженск. Старики рады, а «сватам» не по себе: не знают, то ли смеяться им, то ли плакать. Однако делать нечего, пришлось смириться. Да и невеста сильно упираться не стала. Быстренько собрала свои скромные пожитки, закрыла квартиру на замок и поехала вслед за любимым — в его деревенскую избу.

С тех пор пошла у них тихая семейная жизнь. Бабка к колодцу за водой сходит, дед дровишек нарубит. Печь протопят, сядут рядышком, чай попьют. Раз в неделю — на выходные — съездят в город, проверят бабкину квартиру да обратно вернутся. Хозяйство у них небольшое: шаловливые котята и пес Тимка. Особого внимания не требуют. «Молодожены» раз в месяц пенсию получат, продуктов наберут — пир себе устроят.

На праздники гостей встретят. Николай Григорьевич на радостях опрокинет рюмашку да и начнет рассказывать о прошлом. Ему тоже есть что вспомнить. Служил в Северной Корее, за отличную службу был награжден орденами и медалями. Домой вернулся только в ноябре

1950-го. Но говорить о себе долго не любит. То ли дело — послушать рассказы супруги. Поэтому незнакомым людям с гордостью сообщает: «А бабулька-то моя просто загляденье! И судьба у нее героическая! Вы ее расспросите — сами поймете».

P. S. Пока материал готовился к печати, из Кемерова пришла печальная весть: Николай Григорьевич умер. К сожалению, позднее счастье Марии Федоровны оказалось недолгим.