Nepomnyaschy

Валерий Непомнящий - личность у нас одновременно известная и неизвестная. У многих в памяти чемпионат мира-90 в Италии, принесший ему сногсшибательный успех. Камерунские "Неукротимые львы", руководимые советским специалистом, величаво, подобно царю зверей, запрыгнули в четвертьфинал. Этот "прыжок" по сей день не удался ни одной африканской сборной. Хотя минуло уже два Кубка мира, а разговоры о том, что в скором времени золотишко мундиаля отмоет черный континент, стали неизменными.  

Автор: Петр Собенников

Статья: Черные львы Валерия Непомнящего

Сайт: История футбола


Черные львы Валерия Непомнящего

После Камеруна имя его было на слуху. Но с каждым годом казалось - забывают его. Зная о нем лишь, что работает там-то, тренирует такую-то команду. Вспоминали о Непомнящем и при одной часто повторяющейся ситуации: когда сборная России оставалась без тренера и начинали искать нового кормчего. И в числе возможных лекарей наших футбольных болезней и недомоганий называли и его фамилию. Правда, тут же отовсюду неслось: "Да ведь Непомнящий за границей работает. Он далек от нашего футбола, как декабристы от народа..." На этом зазывание Валерия Кузьмича на сей пост заканчивалось. До тех пор, пока история, сделав еще один виток по спирали, не повторялась ...

Вот в ноябре 1998 года Валерий Непомнящий вернулся в Россию из Кореи. Казалось бы, зачем покидать благополучную страну, где в футбол вкладывают не меньше сил, чем перца в жгучую корейскую морковку. Русский тренер прощался с корейцами в аэропорту, проводы устроили бурные. Болельщики скандировали: "Не-пом-ня-щий-Не-пом-ня-щий", не стихнув даже в тот момент, когда он скрылся в зоне таможенного контроля.

Примерно так же его провожали из Камеруна в ноябре 90-го. Посол тогда еще СССР опять-таки при отъезде тренера-триумфатора сказал: "Вы своей работой сделали больше, чем все мы здесь, вместе взятые!"

- Валерии кузьмич, может, вспомните, как уезжали? Камерун был единственным вариантом?

- Я оформлялся в Алжир, Тунис, Суринам. В первых двух предлагалось возглавить клубные команды. В Суринаме - молодежную сборную, в Камеруне - национальную, ставшую в 88-м под руководством Клода Леруа чемпионом Африки. Леруа, если помнишь, возглавлял их и на чемпионате мира во Франции. Камерунцев я помнил еще по испанскому первенству, когда они сыграли все три матча вничью. С большим удовольствием согласился туда поехать.

- Не боялись что-нибудь потерять как тренер?

- Нет. Во-первых, выезжаешь не вагоны с цементом разгружать, а заниматься профессиональным делом. Во-вторых, узнаешь другой футбол, других людей, их психологию, сравниваешь отношение к делу. Мне было важно обогатиться, и считаю себя богатым человеком в профессиональном плане.

- И как там спасались от акул-каракул, горилл и больших злых крокодилов?

- Камерун - это не Кения, где много опасных животных. Большую опасность представляли змеи. В дом они, к счастью, не заползали, а во двор - частенько. Однажды, когда у нас собрались гости, произошло следующее. Заползшая во двор змея заглотила лягушку. И тут на помощь лягушке с мачете в руках выбегает наш сторож Ладо и отрубает змее голову. После чего спасенная ускакала. Да и мне как-то довелось, вынося мусор, убить змею.

Но хуже змей - "плохой хороший" камерунский климат. Там никогда не бывает жары, Температура 19-26 градусов. Но сезоны дождей, перепады давления сильно бьют по организму. Многие после Камеруна умирали. Или же малярийные дела. Малярия задевает самые слабые органы. По счастью, дважды переболев, последствий у меня не было. А вот у супруги после малярии возникли проблемы с сердцем.

- А что из себя представляют камерунцы как люди?

- Африканцы люди безалаберные, им существенно не хватает дисциплины. (В Китае, например, когда я работал с молодежной сборной, футболисты приходили на тренировку строем и рапортовали, что к занятиям они готовы.) Как-то должна была состояться встреча с президентом федерации футбола. Договорились на утро. Камерун живет с шести утра до шести вечера. Я прикидываю: в шесть подъем, завтрак. Часам к восьми, значит, человек подойдет. В итоге я прождал его до половины первого. Спрашиваю: "Почему так поздно пришли?" Ответ обескуражил: "Мы ведь на утро договаривались..."

Чтобы матч национального первенства начался вовремя - никогда. Обязательная задержка на полчаса. Мы проводили финальную встречу чемпионата центральноафриканских стран. Начало ее в четыре дня. Мы готовим игроков, 80-тысячник забит до отказа. Во сколько, ты думаешь, началась игра?

- Ну, через полтора часа ...

- В семь вечера! В то же время встречались президенты этих стран. Пока они там обсуждали все дела, обедали, футболисты поспать на лавках успели. А весь стадион ждал их появления...

- По причине безалаберности футболистов, наверное, проблем со сборной было хоть отбавляй?

- Я переживал отдельные ситуации так, что потерял в весе восемь килограммов. Туда я прилетел 2 ноября. Шестого начало сбора национальной команды. 5-го числа, после окончания игр чемпионата, в вечерних новостях по телевидению и радио объявляют список футболистов, приглашенных на сбор. Всего 25 человек. Следующий день - шестое, девять утра, центральный стадион. Мы сидим в кабинете тренера сборной. Начинают подходить игроки, здороваются; "Салют, коуч". В десять утра вместо 25 человек... четверо. Интересно то, что из любой точки Камеруна в столицу можно добраться за полтора часа. Я спрашиваю у помощника: "Где остальные?" Ответ: "Скоро будут..." К вечерней тренировке собрались 12 игроков, на следующее утро - 20. Пятеро не приехали вовсе - скауты увезли их во Францию подписывать контракты с местными клубами. И только через полгода мне удалось научить всех собираться в нужное время в нужном месте ...

- В этой стране еще каждый мнит себя тренером национальной сборной ...

- Было и такое. Мы готовимся к третьей игре отборочного турнира к чемпионату мира - против Габона. Положение в группе, где были еще и нигерийцы сангольцами, - напряженное. Две игры, одно очко. Поэтому от результата этой встречи многое зависело. Игра в воскресенье. По моим планам отлет в четверг. Но... В тот же четверг после тренировки подходит ко мне группа лиц в национальных одеяниях, протягивают листок бумаги. Там указаны фамилии восьми футболистов. Они заявляют: "Эти игроки должны выйти на матч!" Если я их не поставлю, то меня уволят с поста тренера. Сказали подумать до завтрашнего утра. Но из этого списка лишь троих можно было ставить на игру, что я и сделал ...

- А соперником по подгруппе на чемпионате мира стала сборная СССР...

- В Камеруне говорили, что перед чемпионатом мира тренера нужно заменить. Во Франции и Камеруне начались серьезные дискуссии по этому поводу. Осаду, правда, выдерживал не я, а министр спорта. Он заявил: "Коней на переправе не меняют!"

- Скажите, вы отдали тогда нашим два очка?

- Перед игрой с Союзом мне звонили из Камеруна и советовали, чтобы я выставил сильнейший состав. Абсурд. Для нас ничего эта встреча не решала. Мне, по логике, хотелось дать передохнуть лидерам, не выставлять игроков, имеющих желтые карточки. Но мне сказали, что общественность мировая не так поймет нас, если мы выставим резервистов. В итоге поставил всех сильнейших. Мы минут пятнадцать упирались, а потом, после пропущенного мяча, у игроков не было желания биться и ломаться, поскольку и так все было ясно. Второй же аспект - тренер. Он профессионал. И мне, наоборот, важно было выиграть у Союза. Но если бы это была первая или вторая игра... Тогда уже мало что решалось.

- В Италии-90 сверкал Роже Милла, эдакий тридцативосьмилетний старичок-боровичок. Говорили, характер у него не сахар.

- Я скажу, что все люди на земле одинаковые, какого бы цвета кожи они ни были и где бы ни жили. Роже Милла человек не с высоким самомнением, но действительно со сложным характером. Но он имеет право быть таким. И поэтому он звезда. Для него не существует в футболе авторитетов, кроме него самого. Он считает, что в футболе он разбирается лучше, чем все остальные. Вначале мне его навязывали, я отказывался, но, увидев его в деле, согласился взять в сборную.

- А закидонов с его стороны не было?

- Есть одно беговое упражнение, когда игрок должен пробежать десять метров и вернуться, затем пятнадцать метров и вернуться, И так несколько серий. Пульс поднимается до 190 - 200 ударов. Когда Милла пробежал в первый раз метров сто, он подходит ко мне и говорит: "Ко-уч, это упражнение я больше делать не буду. Я же умру здесь". Предлагаю ему пробежать ту же дистанцию, но в другом режиме. На одной из тренировок меня не было, и я не успел предупредить ассистента. И Роже ему говорит, мол, мне сказали делать так. И второго тренера он просто-напросто послал, да так, что визг стоял страшный. Или же после матча с Румынией. Восстановительный бег. Об этом все знали. Роже задержался в раздевалке. Помощник по своей личной инициативе пошел выгонять его. Тот ему: "Ты, сопляк, будешь мне указывать! Ты мне носки и трусы стирал (они вместе в одной команде играли) и указываешь. Ты сумку мою таскать должен!" Прибегает ко мне помощник, весь белый, хоть и негр. Белые краснеют, черные белеют. Все объясняет, я в раздевалку к Роже, спрашиваю: "Ты чего? Он же помощник". В ответ: "Да какой он тренер". Поплевался Милла, затем вышел и полтора часа бегал вместо положенных 40 минут...

- Встречали в Камеруне вас после итальянского триумфа с песнями и плясками?

- По Яунде ездил кортеж машин. Нас возили по всему городу, Везде были толпы людей, дети. Выдергивали футболистов из машин, каждый считал, что обязан до нас докоснуться, на мне разорвали пиджак. Такого единения страны никогда не было в Камеруне. Но и до четвертьфинала чемпионата мира сборная тоже никогда не доходила! Незабываемые впечатления.

- А персональные вознаграждения?

- Одну улицу назвали моим именем - "мсье Валери". Так же стали называть кафе, рестораны. Достался орден, забыл название, кавалер чего-то. Это высшая награда для иностранцев. Милла и Н'Коно удостоились "Пурпурной звезды" - тоже высшая награда. Я же еще попал в число "неприкасаемых" людей, то есть на моей территории, например дома, камерунские законы не действуют. Денег премиальных я не получил, потому что по контракту это не полагалось. Да и с деньгами опять неприятная история произошла: президент страны арестовал средства, полученные от ФИФА за участие. Президент даже обещал аудиенцию, правда, так и не дождался я ее. Может, наградил бы чем-нибудь со своего барского плеча...

- А хоть каким-то благами успели попользоваться?

- Скажу так: тренер сборной очень значимая фигура в Камеруне. Что-то на уровне министра. Однажды, пользуясь своей должностью, я пробил себе телефон на нашей вилле, Год жил в Камеруне, и не было телефона. А тут прихожу к министру связи с просьбой о помощи. Он усаживает меня, не спрашивая меня ни слова о проблемах, начинает разговор о футболе, о сборной. Полтора часа разговаривали. После этого он спрашивает, зачем, мол, я пришел... Так вот и появился у меня телефон...

- Валерий Кузьмич, это звездный час вашей карьеры, но он был девять лет назад. Не обидно ли?

- Я не придаю этому большого значения. Пусть даже это и чемпионат мира. Для меня это был этап, который закончился. Жизнь продолжается. Я работал потом в Китае, Турции, Корее, и когда я уходил, везде мне говорили; если будет нужна работа, возьмем с удовольствием, только позвоните. Что может быть лучше? И теперь, чтобы получить полное моральное удовлетворение, я должен поработать здесь. Либо я потеряю часть репутации, либо выйду на новый уровень. Потому что это ненормально, если я ни дня не поработаю в России!