Михасевич

(1947 года - 1987)  

ПРЕКРАСНЫЙ СЕМЬЯНИН...

Грань между душевным здоровьем и нездоровьем очень зыбка. У многих из них, кого считают так называемыми "нормальными" людьми, есть серьезные отклонения и в психике, и в поведении. Как много примеров, когда человек, которого считают прекрасным семьянином, отцом, специалистом, оказывается сексуальным извращенцем, садистом, маньяком.

Геннадий Михасевич (1947-1987) принадлежит к числу именно этой категории убийц. Он с юношеских лет страдал комплексом сексуальной неполноценности, от которого мог бы вовремя избавиться, если бы обратился к врачу. Но где вы видели в провинциальном маленьком поселке сексопатолога (жил Михасевич в белорусском поселке Солоники, что под Полоцком). Таких специалистов в городах-то днем с огнем не сыщешь... Короче говоря, комплекс порождал агрессию, которая требовала выхода.

Внешне Михасевич вел вполне благопристойную жизнь: хорошая должность - заведующий ремонтными мастерскими, семья - жена и двое детей. Никто даже из самых близких людей не мог предположить, что Геннадий время от времени превращается в монстра, в убийствах реализующего свои извращенные сексуальные желания.

История жизни и преступлений этого маньяка похожа на смерч, пронесшийся сквозь десятки судеб, одни - навсегда искалечив, другие - навсегда оборвав. Жертвами Михасевича были только женщины, но количество их ужасает - тридцать шесть! Первое убийство он совершил в 1971 году и с каждым годом убивал все больше и больше. Страшный след маньяка тянулся с 1971 по 1984 год. Рекордное число убитых женщин - двенадцать - относится к 1984 году.

14 лет подряд погибали от рук Михасевича молодые женщины: каждый год их число росло. За это время в 11 судебных процессах, до того как преступника разоблачили, по обвинению в совершенных им убийствах осудили 14 человек. Один из невинно осужденных был расстрелян, другой пытался кончить жизнь самоубийством, третий отсидел в тюрьме 10 лет, четвертый после шестилетнего заключения совершенно ослеп и был выпущен на свободу как "не представляющий опасности".

Все эти люди признались в якобы совершенных ими убийствах из-за примененных к ним милицией и следственными органами пыток и психологического давления.

Вот пример одной из таких "следственных ошибок".

Вечером 13 января 1984 года студентка Татьяна К. ушла из общежития в сторону станции Лучеса, что в двух километрах от Витебска. Она не вернулась ни на следующий день, ни через неделю. Нашли ее 2 февраля под железнодорожной насыпью. Поскольку труп несчастной Татьяны К. обнаружили, началось следствие.

В преступлении заподозрили молодого шофера Олега Адамова, работавшего 13 января неподалеку от железной дороги, в песчаном карьере. Его вскоре арестовали якобы за хулиганство, и через несколько дней беспрерывных допросов он признался. И показал место под насыпью - здесь убил. Правда, никак не мог толком объяснить, куда дел сумку, в которой, по свидетельству подруг, Татьяна носила конспекты и учебники. Сумку так и не нашли. Адамова же в начале 1985 года приговорили к 15 годам (это он пытался в тюремной камере лишить себя жизни).

Первое и второе убийства прошли безнаказанно, и у Михасевича появилась тяга к "приключениям", как говорят психиатры, "по принципу закрепления". Убийства стали для преступника необходимым допингом, только приняв который он мог жить.

За годы безнаказанности выработался и отшлифовался "почерк" маньяка: Михасевич совершал убийства, как правило, возле дорог; все его жертвы были задушены одним способом - резко стянутой косынкой, шарфом или пучком травы. Место убийств тоже было определенным - в районе между Витебском и Полоцком. Именно поэтому в историю криминалистики дело Михасевича вошло как "витебское дело".

Почему же долгие годы преступник мог уходить от ответственности, продолжая порождать людские трагедии? Безнаказанность, развязавшая руки убийце, была результатом следственного заблуждения. В прокуратуре предполагали, что убийства совершали разные люди. Какой-то непререкаемый авторитет решил так и с тех пор эта версия разрабатывалась как единственная, и даже милицейские органы не пытались объединить следственные материалы, посмотрев на них с другой точки зрения: а может быть, действует один человек.

Другая точка зрения воспринималась в Белорусской прокуратуре как опасное вольнодумство, поэтому когда следователь Н. И. Игнатович посмел усомниться в виновности обвиняемых и в правильности действий авторитетного "спеца", его тут же вывели из следственной группы. Поведение Николая Ивановича было названо "несерьезным", а сам он был охарактеризован как "мальчишка", который навязывает обсуждение давно решенного вопроса.

И все же Игнатович не сдавался. Он настоял, чтобы ему передали следственные материалы по всем этим убийствам - и нераскрытые, и те, что прошли через суд. Он читал их медленно. Перечитывал, вписывал в специальные следственные карточки обстоятельства гибели женщин. Карточек к тому времени было уже больше тридцати. Заполнив их, Игнатович увидел характерные особенности, общие для каждого из преступлений, вследствие чего сделал вывод: преступный почерк один, убийца действовал один.

Исходя из этого заключения, Игнатович начал поиск. Прежде всего был вырисован на карте путь следования каждой потерпевшей: все намеченные маршруты стягивались от Лепеля и Витебска к Полоцку. Возможно, преступник живет там?.. Наверняка он уроженец Витебской области, хорошо знает эти места. Был составлен и предполагаемый портрет убийцы:

Возраст? От 32 до 42 лет.

Образование? Скорее всего, среднеспециальное.

Рост? 175-185 сантиметров.

Волосы вьющиеся, русые. Внешность вызывающая доверие. Средство его передвижения?.. Те немногие, кто видел у дороги женщин, потом погибших, говорили, что они садились в автофургон. Но одна из них уехала на попутном красном "запорожце". Скорее всего, должность, которую имел убийца, позволяла ему свободно распоряжаться временем и служебной машиной. Он может быть водителем, техником, механиком, предположил Игнатович. Эта версия впоследствии подтвердилась - как уже упоминалось выше, Михасевич работал заведующим ремонтными мастерскими.

Особенный шок вызвало то обстоятельстве, что Михасевич был... дружинником, нештатным сотрудником милиции. Когда на дорогах Беларуси милиция стала останавливать автофургоны и красные "запорожцы", проверяя документы водителей, он тоже их проверял вместе с другими дружинниками. Можно сказать - "ловил самого себя".

Возможно, витебский монстр еще много лет продолжал бы совершенствовать свой страшный "вид наслаждения", а в тюрьмы сажали бы невинных людей, если бы не чутье, настойчивость и профессионализм следователя Н. И. Игнатовича. Проанализировав все имевшиеся в его руках данные, он начал действовать.

Как известно, Михасевич, поскольку был внештатным сотрудником милиции, мог следить за ходом поисков маньяка-убийцы, поэтому он знал, что кольцо следствия стягивается вокруг его места проживания. Он заволновался и под воздействием эмоций написал измененным почерком анонимное письмо в областную газету, где утверждал, что женщин убивают местные мужчины, мстя своим возлюбленным за неверность. Письмо он подписал: "Патриоты Витебска".

Следователь понял: он на правильном пути, а преступник не только отводит от Полоцка, но еще и ориентирует следствие на тех, кто был близок с его жертвами. Что-бы подтвердить утверждения, изложенные в письме, Михасевич после его отправки поехал в Витебск, убил еще одну женщину и возле тела оставил записку, подписанную теми же словами.

Нервозность, с которой убийца действовал в последнее время, отводя следствие от себя, только убедила следователя в его правоте. А письмо и записка лишь ускорили поимку убийцы. Они дали следствию серьезную улику - почерк преступника, хоть и измененный.

Поскольку один из свидетелей видел, как одна из женщин незадолго до смерти садилась в красный "запорожец", следователи, проверяя почерки всех владельцев красных "запорожцев" в окрестных районах, проверили и почерк Михасевича. По-началу сходства не было обнаружено. Но затем, когда нашли документы, написанные им второпях, эксперты увидели, что многие элементы письма совпадают. И Михасевича решили задержать.

Три группы захвата выехали на задержание. Дома Михасевича не оказалось. На работе - тоже. Третья группа поехала в соседнее село. Он был там, у родственников. С упакованными чемоданами. С билетом на самолет - в Одессу. Увидев милицию, сказал жене: "Это ошибка. Я скоро вернусь".

Его привезли в прокуратуру, ввели в кабинет, где сидел Игнатович.

- Так вы и есть "патриот Витебска"? - спросил его Николай Иванович.

Была пауза. Михасевич молчал, но на его лице медленно проступали багровые пятна.

После ареста Михасевича удалось отыскать и ряд других доказательств его вины, включая вещи убитых женщин.

По приговору суда Геннадия Михасевича расстреляли.

В 1990 году по материалам витебского дела был снят фильм "Место убийцы вакантно". В 1993 году вышла книга, написанная одним из следователей, осужденных за непрофессионализм, В. Сороко, под названием "Витебское дело" или двуликая Фемида".


Источник: Самые опасные маньяки