Матье

( .... ) Но за несколько дней до венчания могучий бизнесмен выдвинул будущей жене категорическое требование: "Для того, чтобы была дружная семья, Мирей, для того, чтобы хорошо воспитывались наши дети, ты должна покинуть сцену!" Этот "деловой человек" Мирей показался просто сумасшедшим. И она ушла буквально из-под венца, ибо жизнь без сцены для нее бессмысленна.  

Статья: Загадка Мирей Матье

Сайт: Журнал "Работница"



Ей повезло. Она родилась в солнечном Провансе, в южном городе Авиньоне, где любят искусство: фестивали, театр, музыку, пение... Она родилась в прекрасной, но очень бедной семье. Подумать только, у Мирей Матье, которая была первенцем в семье, - тринадцать братьев и сестер! Когда Мирей Матье спрашивают, были ли у нее в детстве любимые куклы или игрушки... она смеется. Куклами у нее были сестры и братья.

Еще у Мирей Матье в детстве была огромная радость - БАБУШКА. Мне кажется, что ее сам Господь Бог послал на землю - для Мирей. Бабушка научила внучку любить жизнь, в которой столько солнца, света, песен, верить в Бога... Она заметила, что Мирей любит петь и научила ее нотной грамоте. На последние деньги покупала пластинки Эдит Пиаф. А когда по телевидению показывали передачу об Эдит, бабуля вела ее к соседям посмотреть - своего телевизора у них не было.

Потом была "Авиньонская школа для бедных", где семилетняя Мирей быстро стала солисткой хора. Потом, уже после школы, - работа на картонажной фабрике и сольное пение в женском фабричном хоре, который она сама же и создала.

Когда шестнадцатилетней девушке предложили участвовать в Парижском телевизионном песенном конкурсе, ее собирала и готовила вся семья. И вот в коротком платьице, в белых чулках Мирей Матье предстала на экранах телевизоров перед миллионами парижских телезрителей. Ура! Ее заметили... Заговорили о юной Звезде... Но - стала бы она ею, не вмешайся в ее жизнь великий Джонни Стар? Для Мирей "папа Джо" был всем - учителем, наставником, отцом, режиссером, меценатом, импресарио. Именно этот Пигмалион и создал свою Галатею, которую весь мир знает как Мирей Матье.

Она поет...

Зал Кремлевского Дворца съездов замер, на сцене появились музыканты: среди них ее знаменитый аккордеонист Франтис Лей, с которым она исколесила немало дорог.

А где-то, у правой кулисы, на возвышении, словно на каких-то горных вершинах, стоят две пары юношей и девушек, все четверо во всем черном. Девушки в коротких платьях. Вероятно, это какой-то далекий отблеск самой Мирей Матье. На заднике сцены уже идут некоторые кадры, вероятно, летнего Авиньона, солнце золотит поля, виден кусок голубого неба.

Из левой кулисы выходит наша героиня. Она все такая же стройная, такая же молодая, в том же коротком черном платье от Кардена. Легкой походкой идет она к микрофону. По залу катится волна нежности... Она поет... Но звуки не тают, они весомы, они надолго остаются в зале, они оседают в сердцах людей... Удивляюсь, как мгновенно Мирей Матье находит путь к душе любой публики. Вот и русский слушатель уже покорен. Что это? Конечно, будоражат наше воображение песни, уже знакомые, трогающие сердца: "Мое кредо", "Давай полюбим друг друга", "Мужчина и женщина", "До чего она красива", "Гимн любви", "Мой символ веры"... Что песни? Слова их просты: "Твое сердце верит Мне, и в этот раз Жизнь вернулась, нас вновь любовь согреет..."

Французская поэзия для певицы - некий плод сердца, а не просто слова песни. Ей есть что сказать слушателю, у нее большая, вместительная душа, которой она, по слову поэта, не позволяет лениться. И это началось с самого начала ее певческой карьеры.

Великий импрессарио - великий друг...

"ПАПА ДЖО", увидев ее на Конкурсе песни, понял, что девочка очень талантливая, но совсем необразованная. И он сказал ей: "Тебя надо учить всему, ты слабо подготовлена к предстоящему тебе долгому труду, а поэтому от тебя потребуется немало усилий. Но - еще больше усилий потребуется с моей стороны". Джону Старку пришлось сразу же нанять для Мирей преподавателей английского языка, пения, сценического движения, дикции. Пригласить дирижера оркестра. Взять на службу знающего человека для связи с прессой, телевидением, радио. Чуть позже он взял еще и преподавателей танцев, этикета и даже... хороших манер. Это были огромные затраты! Мало того, "папа Джо" сам отвел Мирей к замечательному педагогу и певцу Жану Люмьеру и даже присутствовал на первых уроках.

Уроки Жана Люмьера, на которых тот учил певицу правильной артикуляции, хорошему произношению, четкой дикции в пении, были усвоены ею блестяще. Но главное - он поставил ей дыхание. Обычно эстрадным певцам не ставят дыхание, этим занимаются только с оперными вокалистами. Но огромный голос Мирей Матье без поставленного дыхания никогда не стал бы "голосом Франции", то есть, как говорили древние, великим "провозвестником души". Ей удается потрясать слушателя, потрясать каким-то кипящим ликованием своего голоса. Ее переполняет радость жизни.

Свои невзгоды она лечит в церкви

А КАКИЕ ЖЕ НЕВЗГОДЫ? Смертельно болеет любимая бабушка. Ее положили в больницу. Она исхудала, она слабеет, но неизбывно интересуется успехами любимой внучки. Мирей Матье рвется к ней... Но "папа Джо" ласково говорит ей: "День расписан по минутам. Нам предстоят сольные концерты в парижской "Олимпии", гастроли в США, на Гавайских островах, в Мексике, Колумбии... А потом ведь - и учеба, и практика по английскому, и - обязательные светские приемы... Где взять время?" Но все же по дороге на аэродром автобус останавливается перед церковью Санкре-Кер, все сопровождающие уходят обедать, а Мирей Матье идет слушать мессу. В ее распоряжении час времени. Она проводит его на коленях перед иконой Божьей Матери. Заказывает священнику молебен о здравии своей бабушки, ставит сотни свечей перед всеми иконами храма. Раздает все свои наличные деньги нищим, чтобы они молились о здравии ее бабушки... И ровно через час со слезами на глазах садится в автобус.

Гениальный и щедрый Морис Шевалье

В АМЕРИКЕ Мирей Матье знакомится с великим шансонье Морисом Шевалье, который стал ее ревностным поклонником. Она рассказывает ему о своих невзгодах и спрашивает: "Как же быть, если сердце не ликует, а печалится... поймет ли это слушатель?" Морис Шевалье отвечает: "Делись с ними всем - радостью и невзгодами. И они откроют тебе свои сердца!" О, этот кудесник Морис Шевалье, этот патриарх французской песни, он был человеком широких жестов и большого сердца, он столько сделал славных благотворительных дел. Он построил, создал, содержал приют для одиноких стареющих артистов. Он привозил в этот чудный "Дом для престарелых" цветы, картины, книги, привозил великих музыкантов, которые давали концерты. И каждый год в этом доме он справлял свой день рождения, приглашая всех, кого любил. Неизменно приглашенной была и Мирей Матье.

Когда Мирей разбогатела (а в двадцать лет она уже была миллионершей!), она тоже построила приют для детей-инвалидов, называющийся "Подснежник". Она говорила: "Своего ребенка у меня нет, но множество детей нуждаются в моей заботе..." Поэтому она постоянно посещает детские дома, общается с детьми, дает им концерты, занимается с одаренными... И содержит несколько небольших приютов для детей-инвалидов. Неизменно к праздникам Рождества и Пасхи она посылает подарки в десятки, если не в сотни детских домов.

Мирей Матье много печалилась, что ее ругают за подражание Эдит Пиаф. "Папа Джо" волновался, а Морис Шевалье говорил: "И меня упрекали в том, что я подражал Дранему, а позднее и Пиаф укоряли в том, что она подражает Фреаль. Нужно лишь время, чтобы освободиться от преклонения перед кумирами своей юности и обрести собственное лицо. Мирей Матье добилась успеха слишком быстро. Но она пойдет дальше по избранному пути. Какое блестящее будущее ее ждет!"

Что ж, сбылись эти слова.

Она поет...

ВЕРНЕМСЯ в Концертный зал Кремлевского Дворца съездов. Мирей Матье поет: "Жизнь в розовом свете", "Я ни о чем не жалею"... Ее грассирующее "р" разлетается по всему залу, хрустально звенит, оставляя память об Эдит Пиаф. Да, Мирей Матье поет, и сегодня, как ни странно, это песни, наполненные несколько иной окраской, чем та, которую делала Пиаф. В них звучат характерные для Матье воля и целеустремленность. И снова вспоминается завет Мориса Шевалье: "Мирей, ты всегда ходишь по солнечной стороне улицы. А Пиаф ходила по противоположной, то есть сумеречной..." Да, Мирей Матье остается верна себе. Ее сильный красивый голос зовет к радости. О, как это радует русскую публику, которая не терпит фальши, цинизма, лжи... Мирей Матье не умеет лгать, лукавить, увиливать, хитрить, она естественна, как сама природа, море, дерево, нет, трава... Это редко кому удается сохранить на всю жизнь.

МИРЕЙ МАТЬЕ остается такой же молодой, как и была, когда девчонкой приехала из медлительного Авиньона в шумный Париж. Ей кружило голову пение Эдит Пиаф. Но не в этом ли ее сила?.. А сейчас в КДС смотрю на Мирей Матье: от нее исходит чарующая женственность, изящество... Во втором отделении она в красивейшем черном платье. Оно делает ее еще стройней, величественней и, как ни странно, моложе. И все же это длинное платье подчеркивает, а лучше сказать, выявляет ее удивительную энергетику, ее силу, человечность. Не в этом ли ее слабость?..

Мирей Матье пережила много трагедий... Двенадцать лет назад умер Джон Старк. Она осталась верна его памяти: ни с одним антрепренером работать больше не может. Свои интересы она защищает сама, помогает ей лишь адвокат и некоторые сотрудники из оставшегося после "папы Джо" агентства. Нет, нельзя сказать, чтобы она унывала,но стала совершенно "закоренелой домоседкой". Она по-прежнему живет в своем фешенебельном доме в пригороде Парижа - Нейи. А защиты и вдохновения она ищет только в своей семье. Нет уже отца, нет тетушки Ирэн, которая ее опекала, нет бабули... Но с ней рядом ее младшая сестра Моник, она тоже незамужем.

А где же ее мужчина?..

ДА, действительно, где же мужчина? О, это интересная тема. (Тем более что французская пресса никогда не скупилась на догадки, сплетни, ложь, желтизну...) Певческая жизнь Мирей Матье протекла между "Гимном любви" и "Я ни о чем не жалею"... всегда под знаком Любви. Казалось бы, эту симфонию влюбленности, которую представляют ее песни, можно распространить и на ее жизнь. Но я поостерегусь это сделать. Конечно, в ее жизни было много признаний в любви самых замечательных людей Франции: Чарли Чаплина, Ива Монтана, Шарля Азнавура, Пьера Бару, Феликса Паке, Пласидо Доминго... Но эти признания не становились романами. Мирей Матье живет без мужчины. Нет, нет, она натура страстная. И несколько раз в жизни сердце ее билось учащенно, и дело доходило почти до замужества. Так, в 1983 году один известнейший французский промышленник решил сделать официальное предложение певице, она приняла его, и дело шло к свадьбе. Но за несколько дней до венчания могучий бизнесмен выдвинул будущей жене категорическое требование: "Для того, чтобы была дружная семья, Мирей, для того, чтобы хорошо воспитывались наши дети, ты должна покинуть сцену!" Этот "деловой человек" Мирей показался просто сумасшедшим. И она ушла буквально из-под венца, ибо жизнь без сцены для нее бессмысленна.

Была и еще одна любовь. Весной 1995 года Мирей Матье стала появляться в обществе в сопровождении знаменитого Оливье Эшодмезона. Все французские газеты писали об этой звездной паре. Мирей Матье даже заказала у известного кутюрье Кристиана Лакруа роскошный свадебный наряд. Были куплены обручальные кольца. Но... платье осталось у Кристиана Лакруа.

"Папа Джо" когда-то, в самом начале карьеры Мирей Матье, написал ей: "Когда человек влюблен, он не спит, не ест и не работает. Если ты желаешь стать победительницей, надо спать, есть и работать. Вот три гарантии твоего прекрасного голоса. Чудес на свете не бывает". Этим трем правилам "папы Джо" Мирей Матье следует всю жизнь. Конечно, она любит детей. И сама была няней и даже педагогом своих тринадцати братьев и сестер. Но день ее расписан по минутам: с утра - вокальная гимнастика, постоянные вокализы; днем - репетиции, работа с дирижером; вечером - встречи с поэтами и композиторами; и - бесчисленные гастрольные поездки... К тому же Мирей Матье - человек невероятно религиозный, она не считает для себя возможным сходиться, расходиться... Для нее венчание и брак - это таинство, которое бывает один раз в жизни. Она прекрасно понимает, что ей будет очень трудно уделять должное внимание детям и мужу. (Да и сон у нее отнимает одиннадцать часов в сутки.) Остро ли она все это воспринимает? Не думаю. Ведь ее, как и всякого настоящего творца, мгновенно излечивает искусство. Она ему свято служит.

Да, Искусство излечивает все! Но все же найдется ли тот, кто станет ей ровней в плане интеллектуальном, моральном, эстетическом, человеческом?.. Что ж, еще не вечер...

Она поет...

ВЕРНЕМСЯ в зал Кремлевского Дворца съездов. Мирей Матье снова переодевается. Мы видим на ней третье, самое элегантное черное платье. Вот постоянство! Когда-то она так горевала по поводу того, что мадам Старк (жена "папы Джо", знаменитая модель, элегантная, красивая женщина) сказала Мирей, что ей надо поменять портного... Тогда туалеты ей шил Луи Ферро: и черное мини-платье, в котором она выходила на сцену, подражая Эдит Пиаф, и длинная бархатная, темно-вишневого цвета юбка с тонким свитером до бедер - казались ей верхом элегантности. Опечаленная высказываниями мадам Старк, она решила поменять кутюрье. Много усилий она затратила на то, чтобы ее одевал Пьер Карден, а затем и Кристиан Лакруа... Вероятно, это роскошное платье от него. А Мирей Матье в заключение поет русские песни и романсы. "Очи черные" сводят с ума русскую публику. Она останавливается, на минуту, вглядываясь в зал, но аплодисменты не смолкают... На сцену потянулась огромная очередь желающих вручить ей цветы. Она кладет их на рояль, крышки уже не видно, а люди все идут и идут, она целуется с ними, кого-то обнимает, мужчины становятся на колено, целуют ей руку...

Вся земля знает великое имя Мирей, но далеко не все знают сорт роз, названных в ее честь, - "Мирей".

А Певица подняла руку, чтобы остановить нескончаемые аплодисменты, и обратилась к слушателям: "В этом зале я отношу ваши аплодисменты к моей матери, Марсель Матье, которая сопровождает меня в этой поездке, потому что любит Россию и мое искусство..." Седая пожилая женщина, о которой Мирей Матье заботится не как о своей матери, а скорее как о своей дочери (вот такой парадокс!), встает и кланяется публике.

ДО СВИДАНИЯ, МИРЕЙ МАТЬЕ! ЗНАЙТЕ, ЧТО В РОСИИ ВАС ЛЮБЯТ И ЖДУТ...